"Тогда петух запел во второй раз"

[Владимир 3694]

Цитата из Библии:

Тогда петух запел во второй раз. И вспомнил Петр слово, сказанное ему Иисусом: прежде нежели петух пропоет дважды, трижды отречешься от Меня; и начал плакать.
Мк 14:72

Одно из темных мест новозаветной истории. Нереально, чтобы Петр не вспомнил о предсказании после первого крика. Значит, Марк намекает на что-то, очень важное. Что именно? Похоже, даже остальные евангелисты этого уже не понимали, потому-то в своих повествованиях более "логичны".

Какие будут соображения? Только, пожалуйста, не надо про то, что в Иерусалиме, вообще, не могло быть петухов, ладно?

[Братец Иванушка]

...Нереально, чтобы Петр не вспомнил о предсказании после первого крика.

Когда существует реальная опасность для жизни и нужно действовать немедленно (Петру требовалось незамедлительно опровергнуть подозрения), то для рассудочности и воспоминаний просто нет времени. Не скажу за всех, но у меня это так.

[Ириния]

Владимир 3694, Вы же знаете, что Христос пустых слов не произносит. Он знает, что в человеке, знает состояние человеческого духа. Петр не придает значение этим словам Христа, НО НЕ ОТВЕРГАЕТ их. Петр как искренний ученик принимает каждое Его слово. И каждое из этих слов оживет в Петре в свое время.
По сути, Петр исповедует, что Живого Христа действительно не знает, хотя столько лет был с Ним рядом. И Петру открывается такая щедрость и милость Господа Живого...
Похоже, когда мы Живого Христа узнаем, будем плакать покруче Петра

[Владимир 3694]

Христос пустых слов не произносит.

Это не обсуждается. Меня интересует, что хотел сказать Марк.

По каждой из последующих Ваших фраз у меня есть вопросы, но, боюсь, если мы начнем разбираться с ними, то выйдем за рамки темы.

[Владимир 3694]

Когда существует реальная опасность для жизни... etc.

Всё верно. Вопрос - не в этом. Попробуем "подъехать" с другой стороны.

Ни знаток закона Матфей, ни художник Лука, ни гностик Иоанн не пишут о том, что петух кричал дважды. Только Марк! Почему?

[Батёк]

Ни знаток закона Матфей, ни художник Лука, ни гностик Иоанн не пишут о том, что петух кричал дважды. Только Марк! Почему?

А что как вы думаите это вам даёт? По мне, так это Ин. даёт понять как вообще Пётр попал на двор Каифа. Вот эта тайна! Кто был тот безымянный любимый ученик, что был в подружках с кухаркой?Ведь войди он открыто его распяли бы рядом.

[Братец Иванушка]

...Ни знаток закона Матфей, ни художник Лука, ни гностик Иоанн...

Категорически не согласен с этими утверждениями.

[Владимир 3694]

Кто был тот безымянный любимый ученик, что был в подружках с кухаркой? Ведь войди он открыто его распяли бы рядом.

Есть соображения. Но не для обсуждения на этом форуме. Это, конечно, первый вопрос, который возникает при чтении этого эпизода. И порой заслоняет остальные. А их там - уйма. Один из них я вынес в отдельную тему в надежде, что кто-то (может, и неосознанно) выскажет мысль, за которую можно хоть как-то зацепиться и думать дальше.

Предположения, будто Петр "запамятовал" предсказание Иисуса или "не обратил внимания" на первый крик петуха, мне кажутся неубедительными.

[kapitu]

Всё верно. Вопрос - не в этом. Попробуем "подъехать" с другой стороны.

Ни знаток закона Матфей, ни художник Лука, ни гностик Иоанн не пишут о том, что петух кричал дважды. Только Марк! Почему?

Может потому что Марк писал со слов героя этого события - Петра?

[Владимир 3694]

Категорически не согласен с этими утверждениями.

Всеми тремя? Почему?

[Владимир 3694]

Может потому что Марк писал со слов героя этого события - Петра?

Я только что написал, что "предположения, будто Петр "запамятовал" предсказание Иисуса или "не обратил внимания" на первый крик петуха, мне кажутся неубедительными". Маленькая, но удивительно достоверная - в силу парадоксальности - деталь: упоминание о том, что петух прокричал дважды, заставляет усомниться в версии, будто Марк писал со слов Петра. Ну, в самом деле, представьте ситуацию:

Петр диктует мемуары и, дойдя до эпизода с отречением, припоминает: «Когда стража повела Иисуса со двора Анны к Каиафе, петух прокричал в первый раз. Но я или не слыхал его, или не обратил внимания. В общем, это не произвело на меня никакого впечатления»?! - Это я дословно цитирую толкование архиепископа Херсонского Иннокентия (Борисова), только меняю третье лицо на первое.

С большой натяжкой такое можно было бы допустить, если ко времени написания Евангелия от Марка уже всем было известно, что петух кричал именно дважды. Но напротив. Об этом не упоминает больше никто. Почему?

Если же Марк, действительно, записал то, что ему говорил Петр, там должен быть какой-то скрытый смысл.

[Братец Иванушка]

Всеми тремя? Почему?

Матфей, Лука, гностик

[kapitu]

Если же Марк, действительно, записал то, что ему говорил Петр, там должен быть какой-то скрытый смысл.

Выскажите свои догадки, не скрывайте....есть хоть какие-то?

[Владимир 3694]

Выскажите свои догадки, не скрывайте....есть хоть какие-то?

Некоторое время назад я решил "поближе познакомиться" с такой неординарной личностью, как Петр, и - для начала - составить, так сказать, его "поведенческий портрет" на основе исключительно канонических текстов Нового Завета. И выяснилось много интересного. А что до эпизода с отречением - особенно. Обрывки мызлов:

Начнем с того, зачем Петр последовал за стражниками. Уж конечно, не затем, чтобы исполнилось пророчество Иисуса! Тогда зачем? Пострадать вместе с Ним? Быть свидетелем того, как Мессия сокрушает противников и восходит на престол, неся народу долгожданное освобождение? Просто пощекотать нервы, как Москве октября 1993 года обезумевшая толпа зевак рвалась посмотреть на расстрел Парламента танками? Как ни абсурдно последнее предположение, исключать мы его не можем, ибо на вопрос «зачем?» отвечает только Матфей: чтобы «видеть конец» . Первое, что приходит в голову при слове «конец» смерть Иисуса, но ее-то Петр как раз и не видел: на Голгофе его не было. Неужели под словом «конец» Матфей имеет в виду нечто иное? Тогда что? Поставим на полях галочку или сделаем узелок на память и вернемся во двор первосвященника.

Кстати, из Евангелий не совсем ясно, какого первосвященника. По Матфею, все три отречения произошли во дворе Каиафы , по Иоанну во дворе Анны , хотя к тому времени тот уже был, вроде бы, бывшим первосвященником. Но, может быть, звание за ним осталось? Как не бывает бывших Олимпийских чемпионов. Или чекистов. Марк и Лука имени первосвященника, вообще, не называют. Есть мнение, что Анна и Каиафа жили на одном дворе родственники, как-никак...

Итак, подошла к нему одна служанка и сказала: «И ты был с Иисусом Галилеянином». Но он отрекся перед всеми, сказав: «Не знаю, что ты говоришь!». Когда же он выходил за ворота, увидела его другая, и говорит бывшим там: «И этот был с Иисусом Назореем». И он опять отрекся с клятвою, что не знает Сего Человека. Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: «Точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя!». Тогда он начал клясться и божиться, что не знает Сего Человека.

Так троекратное отречение Петра изложено у Матфея. Сопоставляя его с другими описаниями, обнаруживаем у евангелистов не только подробности этого эпизода, но и разночтения. Иоанн уточняет: не просто, одна из служанок, а раба-придверница. По Марку и Матфею, при первом отречении на вопрос служанки Петр дает уклончивый ответ: «не знаю и не понимаю, что ты говоришь», в то время как у Иоанна Петра говорит коротко и однозначно: «нет». У Луки столь же недвусмысленно: «Я не знаю Его» .

В описании второго отречения разночтения между евангелиями становятся серьезней. По Марку, к Петру обращается та же служанка, По Матфею другая, по Луке некто «другой». Иоанн говорит столь же неопределенно, как Лука, но уже во множественном числе: какие-то люди «сказали ему». Причем, по Матфею другая служанка обращается даже не к Петру, а к людям, бывшим там. Где там? Первый вопрос был задан Петру явно не на ушко, иначе зачем бы ему отрекаться перед всеми? А раз слышали его многие, то подозрения могли возникнуть у кого-то еще. И он, естественно решает отойти подальше. «Когда же он выходил за ворота, увидела его другая». Выходил? По Иоанну, вроде бы, наоборот: бросив придвернице короткое «нет», он входит во двор и идет к костру.

Дабы развеять сомнения, обращаемся к греческому тексту и узнаём, что словом πυλων принято называть большие крытые ворота. Возможно, с башней. Вряд ли стены вокруг дома первосвященника были такой толщины, что сказанное у ворот не было слышно у входа во двор. Другой вариант перевода этого слова передняя, прихожая. Но, чтобы Петра пустили в дом хотя бы в людскую кажется вовсе невероятным. А посему получается, что поначалу он вошел во внутренний двор чтобы видеть конец. Там его опознает служанка. Понимая, что оставаться там, где происходит допрос Иисуса, опасно, он выходит во внешний двор. Но расчетам его оправдаться не суждено: его опознают во второй и в третий раз. В таком случае, сомнительно, что, служанка, первая узнавшая в Петре ученика Иисуса, была придверницей могла ли она самовольно покинуть пост, если Анна перевел охрану на усиленный режим?

В общем, разночтений между евангелистами достаточно, чтобы породить массу вопросов. Но простое их перечисление еще ни о чем не говорит. Рассматривая словесное выражение отречений Петра как динамический процесс, мы обнаруживаем три тенденции. Пользуясь музыкальными терминами, их можно выразить так:

у Матфея крещендо;
у Луки диминуэндо;
у Иоанна остинато.

Иоанн выступает в роли беспристрастного свидетеля и просто констатирует исполнение предсказания Иисуса. У Луки при первом отречении Петр пока еще неосознанно чувствует, что натворил что-то страшное, и при втором вопросе уже не говорит, что не знает Иисуса, а отвечает просто: «нет». Дескать, понимайте, как хотите. Но и односложное «нет» терзает душу, и в третий раз, перебарывая страх, он прикидывается совсем уж простачком. У Матфея же наоборот: если сначала Петр пытается хоть как-то отвертеться, то дальше больше. Понимая, что и с ним могут поступить, как с Иисусом, он начинает клясться, и, наконец, божиться, что не знает Сего Человека. И у Марка, похоже тот же финал. Но как знать? Его лаконичность столь таинственна, что первое впечатление может оказаться ошибочным. Хотя в этом случае вряд ли.

Но формально самое сложное это преодолеть расхождения в вопросе о том, кто же разоблачал Петра. Тут, как ни перетасовывай версии, свести число отречений к трем, не проигнорировав ни одно из свидетельств, не удается. Это признают многие авторы толкований:

Ясно, что сведение всех четырех евангельских повествований в одно, в котором параллельные отречения стояли бы рядом, не представляло бы выхода. Этот метод согласования привел бы к умножению числа отречений до пяти, что было бы в противоречии с прямыми указаниями Евангелия и, прежде всего, с пророчеством Самого Иисуса о троекратном отречении Петра (Еп. Кассиан (Безобразов). Христос и первое христианское поколение).

И так далее. Как я упоминал, кое-какие соображения по многим моментам этого эпизода у меня есть. Но в отношении петуха - пока ничего. Потому и тему открыл.

[NelKho]

Я только что написал, что "предположения, будто Петр "запамятовал" предсказание Иисуса или "не обратил внимания" на первый крик петуха, мне кажутся неубедительными". Маленькая, но удивительно достоверная - в силу парадоксальности - деталь: упоминание о том, что петух прокричал дважды, заставляет усомниться в версии, будто Марк писал со слов Петра. Ну, в самом деле, представьте ситуацию:

Петр диктует мемуары и, дойдя до эпизода с отречением, припоминает: «Когда стража повела Иисуса со двора Анны к Каиафе, петух прокричал в первый раз. Но я или не слыхал его, или не обратил внимания. В общем, это не произвело на меня никакого впечатления»?! - Это я дословно цитирую толкование архиепископа Херсонского Иннокентия (Борисова), только меняю третье лицо на первое.

С большой натяжкой такое можно было бы допустить, если ко времени написания Евангелия от Марка уже всем было известно, что петух кричал именно дважды. Но напротив. Об этом не упоминает больше никто. Почему?

Если же Марк, действительно, записал то, что ему говорил Петр, там должен быть какой-то скрытый смысл.

Да именно потому, что это "дважды" было очень существенно для Петра. Есть определенная полнота во всех событиях, во всех откровениях о себе, которые принимаеи человек.
Иисус сказал Петру: "Прежде нежели дважды пропоет петух, трижды отречешься от Меня". Приходит время, Петр во дворе Каиаффы. Ему все еще кажется, что он горой стоит за своего Учителя - ведь он единственный, кто пришел за учителем в этот двор. Но ему, Петру, очень страшно. Ведь также могут схватить и его, Петра. Настолько страшно, что он отрекается не перед первосвященником, не перед воинами - перед служанкой. И все еще держится за свою исключительность (в некоторм роде). И вот, третий раз: "Он же начал клясться и божиться: не знаю Человека Сего, о Котором говорите". Куда уж большее падание? Куда уж большая низость? Крик петуха, второй крик. И, как пробуждение ото сна, резкая ясность - "Что я наделал?!.. А ведь Учитель именно об этом и предупреждал меня!" И беспредельный стыд, отчаяние... и бегство. Петр познал свою суть, свое банкротство, свою ничтожность. (Чего, собственно и добивался Христос Своим пророчеством.) Резкое прозрение. И прозрение - в определенный момент, в момент ПОЛНОГО падения.

"И тогда запел петух"

И только Петр мог передать все это, для остальных евангелистов важно было лишь то, что было пророчество Иисуса о Петре, и именно так и случилось. И для них один крик, два ... не существенная деталь.
Эта деталь существенна лишь для того, кто пережил все это, происходящее лично с ним. И для него каждая деталь ОЧЕНЬ существенна. И еще одна деталь - "как же это раньше мне в голову не пришло?! Как я мог забыть? Почему первый крик не остановил меня?" - недоумение, восторг ( в последствии, когда вспоминал все по минутам), восторг от величия и глубины Путей Божьих и замыслов Его.
Только цель была - не остановить Петра и не дать ему отречься, но показать его сущность, глубоко - глубоко. Так, чтобы бесповоротное прозрение произошло, чтобы надежда на себя, свое Я, свои силы - напрочь уничтожена былпа.

И глаза человека на его порочность - не сами по себе открываются, но Бог открывает их.