Культ Девы Марии

[Клантао]

Христа таки заключили в Ад? Мне это не привиделось? *вздохнула*

Тут три варианта: или привиделось, или Вы плохо владеете русским языком, или Вы дьявола считаете "христом"...

- - - Добавлено - - -

сатана и есть глава ада, царства греха и смерти.

Не подскажете ли, в каких преданиях старцев и бабьих баснях это можно прочесть?

- - - Добавлено - - -

Человек не может родить Бога, потому что, как сказал Иисус, "рождённое от плоти есть плоть, рождённое от духа есть дух". Мария не дух, а плоть; Бог же есть Дух.

Так если Иисус не Бог, потому что рождён от человека, зачем его слушать?

[Алексей1984]

Не подскажете ли, в каких преданиях старцев и бабьих баснях это можно прочесть?

Не подскажу. А Вы знаете другого хозяина ада, кроме сатаны или ад это не его царство греха и смерти? Действующий в человеке ад не под начальством ли сатаны творится?

[alexgrey]

Точно так рассуждал и Несторий. На что ему православные ответили так. Мы знаем, что в одном Лице Спасителя соединены две природы и эти природы имеют свои отличные друг от друга определения или характеристики.

Это я знаю, но сам термин возник не для того, чтобы глубже понять сущность Иисуса, а чтобы вознести Марию и воздать ей почести.

Если мы снимем с Марии все регалии и опустим её до уровня обычного смертного, то откуда найдём повод воздавать ей почести и возносить молитвы?

[АлександрСлепов]

Культ Девы Марии

«Они заменили истину Божию ложью, и поклонялись, и служили твари (творению) вместо Творца, Который благословен во веки, аминь» Римлянам 1:25

Отдельного рассмотрения заслуживает учение православия и католицизма о «Пресвятой Деве Марии», которую они особо почитают, молясь к ней и прославляя ее. Данная доктрина является очень древней и берет свое начало со времен появления православия и католицизма.

Вы верны только в одном - это чуждо учению Христа.
Мне же интересно прежде всего откуда "растут ноги" у этого учения.
Если вспомнить, то в библии, да и в прочих древних книгах всегда были богини.Боги женского рода.
И если сравнить изображение девы Марии на иконах, она же Богородица, с другими изображениями астарт, то там много общих признаков.Есть ролики на ютубе тех, кто это сравнивал, можете найти.

Данная доктрина является очень древней

Она древнее чем Вы думаете.
И вот в библии на 1 странице написано
27 И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их.

здесь неточный перевод.
Точнее будет "по образу Элохим - мужского и женского пола".
То есть изначально элохимы имеют вид мужчины и женщины, отсюда и вера во всяких богинь.

[alexgrey]

Так если Иисус не Бог, потому что рождён от человека, зачем его слушать?

Я не сказал, что Иисус не Бог. Тема про Марию, а не про Иисуса. Иисусу мы воздаём славу и возносим молитвы на совершенно законных основаниях, а вот для Марии таких оснований нет, если не верить в сказки преданий.

[Алексей1984]

Я не сказал, что Иисус не Бог. Тема про Марию, а не про Иисуса. Иисусу мы воздаём славу и возносим молитвы на совершенно законных основаниях, а вот для Марии таких оснований нет, если не верить в сказки преданий.

Отныне будут ублажать Меня все роды (Лк. 1, 48).

[Клантао]

или ад это не его царство греха и смерти?

Нет, в греческой мифологии это царство бога Аида, по имени которого и названо.
А в христианстве это перевод еврейского слова "шеол", то есть могила, конкретное значение которого реализуется только в контексте.

- - - Добавлено - - -

а вот для Марии таких оснований нет, если не верить в сказки преданий.

Даже если Лк.1:48 для Вас "сказки преданий", то слово "Богородица", о котором речь, не имеет никакого отношения к какой-то "славе Марии", а является исповеданием веры в Боговоплощение Христа.
Оно вообще не по Марию, а про Иисуса, понимаете?

[Брянский волк]

Это я знаю, но сам термин возник не для того, чтобы глубже понять сущность Иисуса, а чтобы вознести Марию и воздать ей почести.
Если мы снимем с Марии все регалии и опустим её до уровня обычного смертного, то откуда найдём повод воздавать ей почести и возносить молитвы?

Воздать почести которые Она вполне заслуживает - это нормально. Ненормально то, что почести эти граничат с уравниванием Ее с Богом. Но в православном богословии этого нет. Это есть в сознании народа не особо дающего себе труд в этом вопросе разобраться. И опустить до уровня простого смертного Ту, Которая признана первой человеческой ипостасью обоженной в ПОЛНОТЕ БУДУЩЕГО ВЕКА, тоже не получиться.

[Алексей1984]

Нет, в греческой мифологии это царство бога Аида, по имени которого и названо.
А в христианстве это перевод еврейского слова "шеол", то есть могила, конкретное значение которого реализуется только в контексте.

Скажите, действующий в человеке ад не под начальством ли сатаны и его бесов творится?
Владыка ада - князь тьмы, а кто такой этот князь тьмы - сатана.

[Клантао]

Скажите, действующий в человеке ад не под начальством ли сатаны и его бесов творится?
Владыка ада - князь тьмы, а кто такой этот князь тьмы - сатана.

Скажите, а коса - это вытянутый вдоль берега полуостров, сельскохозяйственное орудие или заплетённые волосы?

[Алексей1984]

Скажите, а коса - это вытянутый вдоль берега полуостров, сельскохозяйственное орудие или заплетённые волосы?

Эк, куда Вас.
Всего доброго.

[Володя77]

Благоговейно и благодарно помнить Деву Марию, богородицу - это достойно и правильно...

... можно было бы полностью согласиться, если бы в оном предложении не было небиблейского (и вообще, никак не обоснованного) термина - слова "богородица".

А так, конечно да... - подвиг веры, совершенный Марией (матерью Иисуса) весьма и весьма высок и велик!! По сути, она саму себя была готова отдать на смерть (да, и отдала!), ради выполнения воли Божьей: в те времена, в тех местах внебрачная беременность наказывалась побиванием камнями насмерть...
Так что, Мария была не только глубоко смиренной, но и весьма верной Богу и ревностной по Богу девушкой - по сути, она была готова умереть за дело Божье...
Бог знал, кому доверить рождение и воспитание Иисуса Христа (Спасителя человечества).
Слава Богу за Марию (матерь Господа нашего)!

...знаю евангельских верующих, которые о своих внучках (девочках) молятся, типа: "Да даст Господь им характер, и нрав, и верность Богу, как было у Марии, матери Иисуса".
А о внуках (мальчиках) - то же самое, но: "...как у Иосифа, мужа Марии матери Иисуса...".
Иосиф, как и Мария, явил в той ситуации весьма и весьма богоугодные качества характера...

Католическое почитание Девы Марии - подчеркнуто не здоровое.
...в рамках православного устава опасности культа, католической опасности можно избежать.

... не сердитесь, но, честно говоря - было бы странно слышать нечто иное о католичестве... от православного...

Православное - тоже бывает не здоровым.
Если осознать, что проблема существует, если вернуться к отцам золотого века, и держаться в рамках.

Если вернуться к "отцам золотого века" - вряд ли, что-то изменится на лучшее .

А, вот если вернуться к вере Евангельской (Флп 1:27) - единственно угодной Богу вере, которую Вы и ваши "отцы" столь необдуманно оставили ("Меня, источник воды живой, оставили, и высекли себе водоемы разбитые, которые не могут держать воды", Иер 2:13)..., тогда конечно да - все можно вернуть в угодное Богу русло.
И спасение души, на самом деле можно будет совершить.., и, угодив Богу, в небеса войти, когда придет для этого время.

...а так.., увы - ПЛЕВЕЛЫ (см. Мф 13:27,28,38,39).., произошедшие не от слова Бога живого, а от басен человеческих - от человеческих учений от врага наших душ, о чем и говорит Господь в 13-й главе Матфея (стихи см. по ссылке выше).
Что именно ждет плевелы - Христос внятно сказал:
"...оставьте расти вместе то и другое до жатвы; и во время жатвы я скажу жнецам: соберите прежде плевелы и свяжите их в связки, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою" (Мф 13:30).
...а, чуть ниже: в стихах 40-42 - по сути, повторил то же самое.

Так что, есть смысл особо не медлить с обращением к Истине Христовой (время бежит очень быстро!)... - кое в чем вам уже помогают в этом деле (см. http://www.evangelie.ru/forum/t147818.html?highlight= ).
Прочее же, что также надлежит привести в соответствие учению Нового Завета - сами у себя обнаружите.., проявив усердие.

[Станислав]

Отныне будут ублажать Меня все роды (Лк. 1, 48).

Теперь рассмотрим, возможно ли, по Библии молится к Марии, и можно ли ее прославлять в своих молитвах. Само учение о молитве к святым, в том числе к Марии описано в статье об этом и потому мы здесь не будем повторяться. Однако нужно посмотреть на доктрину о прославлении Марии, которую православные основывают на тексте, где Мария говорит о себе: «...ибо отныне будут ублажать Меня все роды» (Луки 1:48). Данное учение говорит, что «ублажать» означает «прославлять», и потому православные и католики прославляют Марию. Однако само слово «ублажать» означает «почитать счастливой» и не более того. Также если посмотреть на подстрочный перевод, то данная фраза звучит как «будут называть блаженной», что явно далеко от понятия прославления. Также если посмотреть и в другие переводы Библии, например на английском, или украинском языках, то данная мысль подтверждается, что имеется в виду «называть счастливой». Даже католический перевод Кассиана подтверждает эту мысль, что можно увидеть в словах: «...ибо отныне будут называть Меня блаженной все роды» (Луки 1:48). Таким образом, Мария никогда не говорила, что ее будут прославлять, но будут только называть счастливой и не более. Даже если предположить, что Мария сказала, что ее будут прославлять, то это не является повелением от Бога и Христа, а ее личная субъективная мысль. Но все-таки Библия раскрывает, что на самом деле имела в виду Мария и что она никогда не претендовала на прославление, потому что слава принадлежит только Богу и иному Он ее не отдаст, о чем сказано: «Я Господь, это Мое имя, и не дам славы Моей иному и хвалы Моей истуканам» (Исаия 42:8). Поэтому учение о прославлении Марии является антихристианским и тем более учение о молитве к ней.

[Брянский волк]

Всесвятая

В Православной Церкви мариология не является самостоятельной темой: она неотделима от христианского учения в целом, как своего рода его антропологический лейтмотив. Основанный на христологии догмат о Богоматери имеет ярко выраженный пневматологический характер и благодаря двойному Домосторительству Сына и Святаго Духа неразрывно связан со всей экклезиологической реальностью.
В сущности, если мы попытаемся говорить о Божией Матери, основываясь исключительно на догматических данных в самом строгом смысле слова, т.е. на соборных определениях, то мы не найдем ничего, кроме именования Θεοτοκος (Богородица), которым Церковь торжественно подтвердила Богоматеринство Пресвятой Девы^*******. Догматическая тема Θεοτοκος, утвержденная в борьбе против несториан, есть тема прежде всего христологическая: в противоположность тем, кто отрицал Богоматеринство, здесь отстаивается ипостасное единство Сына Божия, соделавшегося Сыном Человеческим. Таким образом, здесь непосредственно все сосредоточено на христологии. Но в то же время косвенно получает догматическое подтверждение и почитание ЦерковьюТой, Которая родила Бога по плоти, а из этого следует, что все то, кто восстает против именования «Богоматерь», все, кто отвергает это качество Марии, приписываемое Ей благочестием, не могут считаться подлинными христианами, ибо они тем самым восстают против догмата Воплощения Слова. Это должно бы показать, как тесна связь между догматом и культом, которые в сознании Церкви неотделимы друг от друга. Тем не менее известны случаи, когда христиане, признающие, на чисто христологических основаниях, Богоматеринство Пресвятой Девы, по тем же причинам воздерживаются от всякого специального почитания Божией Матери, не желая признавать никакого посредника между Богом и людьми, кроме Богочеловека Иисуса Христа. Это обстоятельство ставит нас непосредственно перед неопровержимым фактом: христологический догмат о Богоматери, принимаемый отвлеченно, вне живой связи с тем почитанием, которое оказывает Матери Божией Церковь, недостаточен для обоснования того исключительного места превыше всей твари, которое отводится Царице Небесной православным богослужением, приписывающим Ей «боголепную славу» (θεοπρεπης δοξα). Таким образом, в богословском труде о Богоматери невозможно отделить строго догматические данные от данных благочестия. Догмат здесь должен освещать жизнь, ставя ее в связь с основными истинами нашей веры, а жизнь должна питать догмат живым опытом Церкви.
* * *

То же самое мы видим, обращаясь к данным Священного Писания. Если бы мы захотели рассмотреть свидетельства Писания, абстрагируясь от того почитания, которое оказывает Богоматери Церковь, мы должны были бы ограничиться лишь несколькими местами Нового Завета, относящимся к Марии, Матери Иисусовой, и одним прямым указанием в Ветхом Завете: пророчеством Исайи о рождении Мессии от Девы. Но если мы посмотрим на Священное Писание в свете этого почитания или употребим, наконец, точный термин церковного Предания, то священные книги Ветхого и Нового Завета представят нам бесчисленные тексты, используемые Церковью для прославления Богоматери.
Некоторые места Евангелия для внешнего взгляда, вне церковного Предания, как будто явно противоречат этому величайшему прославлению, этому безграничному почитанию.
Приведем два примера. Христос, свидетельствуя о святом Иоанне Крестителе, называет его «большим из рожденных женами» (Мф. 11, 11; Лк. 7, 28). Значит, именно ему, а не Марии подобает первое место среди всех людей. Действительно, мы видим Предтечу вместе с Богоматерью по обе стороны от Господа на византийских иконах «Деисис». Необходимо, однако, отметить, что Церковь никогда не превозносила Предтечу выше серафимов, никогда не помещала его икону, как икону Богоматери, на одном уровне с иконой Христа, непосредственно рядом с царскими вратами храма.
В другом месте Евангелие говорит нам о том, как Христос всенародно воспротивился прославлению Своей Матери. В ответ на возглас женщины из толпы: «Блаженно чрево, носившее Тебя, и сосцы, Тебя питавшие», Он говорит: «Блаженны слышащие слово Божие и соблюдающие его» (Лк. 11, 2728). И тем не менее именно это место Евангелия от Луки, где Богоматеринство Пресвятой Девы, казалось бы, умаляется перед достоинством тех, кто принимает и хранит Откровение, торжественно читается в Богородичные праздники, словно здесь за внешне негативной формой скрыто особенно большое прославление.
И вновь мы стоим перед невозможностью разделять догмат и жизнь Церкви, Священное Писание и Предание. Христологический догмат обязывает нас признать Богоматеринство Пресвятой Девы. Свидетельство Писания говорит нам, что слава Богоматери не только в Ее материнстве по плоти, не только в том факте, что Она родила и вскормила воплощенное Слово Божие. Наконец, Предание Церкви священная память тех, кто «слышит и хранит» слова Откровения, дает Церкви ту уверенность, с которой она превозносит Божию Матерь, приписывая Ей безграничную славу.
Вне церковного Предания богословие ничего не сможет сказать об этом, не сможет объяснить этой поразительной славы. Потому и те христианские общины, которые отвергают всякое понятие Предания, остаются чуждыми и почитанию Матери Божией.
Тесная связь между всем, что относится к Божией Матери, и Преданием Церкви объясняется не только тем, что Священное Писание не упоминает о таких празднуемых Церковью событиях Ее земной жизни, как Ее Рождество, Введение во храм, Успение. Если Евангелие хранит молчание об этих фактах, поэтическая трактовка которых восходит к апокрифическим источникам, иногда довольно поздним, то основная их тема принадлежит тайне нашей веры и неотделима от сознания Церкви. Действительно, понятие Предания богаче, чем это обычно думают. Предание состоит не только в устной передаче фактов, которые могут нечто добавить к евангельскому повествованию. Оно есть восполнение Писания и прежде всего осознанное Церковью исполнение Ветхого Завета в Новом. Именно Предание дает понимание смысла истины Откровения (Лк. 24, 25), не только того, что надлежит принимать, но также и что главное, того, как следует принимать и хранить услышанное. В этом общем смысле предпосылкой Предания является непрестанное действие Духа Святого, которое может вполне раскрываться и приносить плоды только в Церкви, после Пятидесятницы. Только в Церкви делаемся мы способными обнаруживать внутреннюю, сокровенную связь между священными текстами, благодаря которой Священное Писание как Ветхого, так и Нового Завета является единым и живым телом Истины, где Христос присутствует в каждом слове. Только в Церкви семя слова не остается бесплодным: это-то плодоношение Истины, так же как и способность делать ее плодоносной, и называется Преданием. Безграничное почитание Богоматери Церковью, которое может показаться для постороннего взгляда противоречащим данным Священного Писания, раскрыто в Церковном Предании; оно есть драгоценнейший плод Предания.
Это не только плод, но корень и ствол Предания. Действительно, можно увидеть конкретную связь между личностью Богоматери и тем, что мы именуем Преданием Церкви. Попытаемся же, установив эту связь, увидеть хотя бы отчасти славу Матери Божией под кажущимся молчанием Священного Писания. При этом будем руководствоваться изучением текстов в их внутренней взаимосвязи.
В тексте, параллельном тому, который мы цитировали выше, евангелист Лука говорит о том, как Христос отказывается видеть Свою Мать и братьев, говоря: «Матерь Моя и братья Мои суть слушающие слово Божие и исполняющие его» (Лк. 8, 1921). Контекст этих слов очевиден: согласно Евангелию от Луки, в момент, когда Божия Матерь желает видеть Своего Сына, Он только что сказал притчу о Сеятеле^********. «А упадшее на добрую землю, это те, которые, услышав слово, хранят его в добром и чистом сердце и приносят плод в терпении. Кто имеет уши слышать, да слышит» (8, 15). И дальше: «Итак, наблюдайте, как вы слушаете; ибо кто имеет, тому дано будет; а кто не имеет, у того отнимется и то, что он думает иметь» (8, 18). Но именно эта способность слышать и хранить «в добром и чистом сердце» слова о Христе, способность, которую Христос в другом месте (Лк. 11, 28) ставит выше материнства по плоти, приписывается в Евангелии только Матери Господа. Евангелист Лука с определенной настойчивостью дважды отмечает это в повествовании о детстве Христа: «Мария же сохраняла все слова сии, слагая в сердце Своем» (2, 19 и 51). Та, Которая родила Бога по плоти, хранила в Своей памяти все свидетельства о Божестве Своего Сына. Можно было бы сказать, что здесь перед нами уже олицетворенное выражение Предания Церкви, еще до существования самой Церкви, если бы евангелист Лука не подчеркнул, что Мария и Иосиф не поняли слов Отрока, сказавшего: «или вы не знали, что Мне должно быть в том, что принадлежит Отцу Моему?» (2, 4950). Итак, слова, которые Богоматерь хранила в Своем сердце, еще не были вполне ясными для Ее сознания. До завершения подвига Христа, до Пятидесятницы, до Церкви даже Та, на Которую сошел Дух Святой, чтобы сделать Ее способной послужить Воплощению Слова, не достигла еще той полноты, которую предстояло осуществить Ее личности. Тем не менее уже здесь возможно сопоставление между Богоматерью, хранящей и слагающей в сердце Своем пророческие слова, и Церковью хранительницей Предания. Здесь начаток одной и той же реальности. Одна только Церковь распространение человеческой природы Христа может хранить полноту Откровения, которой, если бы она была записана, не мог бы вместить весь мир. Одна только Богоматерь, избранная, чтобы вместить Бога в Своем чреве, может вполне осуществить в Своем сознании все то, что связано с фактом Воплощения Слова, являющегося в то же время и фактом Ее Богоматеринства. Слова Христа, которые кажутся столь суровыми по отношению к Его Матери, на самом деле превозносят это Ее свойство, общее у Нее с сынами Церкви. Но тогда, как сыны Церкви, храня Предание, могут осознавать Истину и делать ее плодотворной лишь в той или иной степени, Богоматерь в силу исключительной связи, соединяющей Ее личность с Богом, Которого Она может именовать Своим Сыном, уже здесь, на земле, смогла возвыситься до совершенного сознания всего что Дух Святой сообщает Церкви, осуществив эту полноту в Своей личности. Это всецелое сознание Божества, это стяжание полноты благодати, свойственное будущему веку, может быть осуществлено лишь в существе обóженном. Это ставит нас перед новым вопросом, на который мы и попытаемся ответить, чтобы лучше понять особый характер почитания Царицы Небесной Православной Церковью.

[Брянский волк]

Свидетельствуя о святом Иоанне Предтече, Христос называет его бóльшим из всех рожденных женами (Мф. 11, 11; Лк. 7, 28), но Он добавляет: «но меньший в Царствии Божием больше его». Ветхозаветная святость сравнивается здесь с той святостью, которая сможет осуществиться после завершения искупительного подвига Христова, когда «обетование Отца» (Деян. 1, 4) сошествие Святого Духа обогатит Церковь полнотой боготворящей благодати. Иоанн Предтеча, «бóльший пророка», ибо он крестил Господа и видел разверзшиеся небеса и Духа Святого, сошедшего в виде голубя на Сына Человеческого, умер, не получив обетования, как и все те «свидетели веры», «которых весь мир не был достоин», которые, по Божественному Промыслу, не смогли достигнуть совершенства без нас (Евр. 11, 3840), т.е. без Церкви Христовой. Только через Церковь ветхозаветная святость сможет получить в будущем веке свое завершение то совершенство, которое было закрыто, оставалось человечеству недоступным до пришествия Христа.Та, Которая была избрана, чтобы стать Матерью Бога, представляла, несомненно, вершину ветхозаветной святости. Если Иоанн Предтеча назван «самым великим» до Христа, то это потому, что величие Всесвятой принадлежит не только Ветхому Завету, в котором Она пребывала сокровенной и не была явлена, но и Церкви, в которой Она явлена во всей полноте, и Ее «ублажают все роды» (Лк. 1, 48). Личность святого Иоанна Предтечи принадлежит еще Ветхому Завету, тогда как Пресвятая Дева переходит из Ветхого в Новый Завет, и переход этот, в личности Богоматери, позволяет нам понять, насколько Новый Завет является исполнением Ветхого. Ветхий Завет не есть лишь ряд предображений Христа, получающих разъяснение после Евангелия. Это прежде всего история подготовки человечества к пришествию Христа, в которой человеческая свобода постоянно испытывается волей Божией. Послушание Ноя, жертвоприношение Авраама, исход народа Божия под водительством Моисея через пустыню, Закон, пророки, ряд божественных избраний, при которых люди то пребывают верными обетованию, то падают и подвергаются наказаниям (пленение, разрушение первого храма), все священное предание евреев есть история медленного и трудного продвижения падшего человечества по пути к «полноте времен», когда ангел будет послан, чтобы благовествовать избранной Деве Воплощение Бога и получить из Ее уст человеческое согласие на совершение божественного Домостроительства спасения. Поэтому, по слову святого Иоанна Дамаскина, «именование Матери Божией содержит в себе всю историю божественного Домостроительства в мире» (О православной вере, III, 12, P.G., 94, 102932).Это Домостроительство Божие, подготавливавшее человеческие условия Воплощения Сына Божия, действие не одностороннее. Божественная воля не уничтожает истории человечества. В своем Домостроительстве спасения Премудрость Божия сообразуется с колебаниями воли людей, с ответами людей на Божий призыв. Так в поколениях ветхозаветных праведников созидает Она Себе дом, чистейшую природу Пресвятой Девы, через Которую Слово Божие сделается единосущным нам. Ответ, данный Марией архангелу: «се, Раба Господня, да будет Мне по слову твоему» (Лк. 1, 38) разрешает трагедию падшего человечества. Здесь совершилось все то, чего требовал Бог от человеческой свободы после грехопадения. После этого уже может осуществиться дело Искупления, совершить которое способно одно лишь Воплощенное Слово Божие. В своей проповеди на Благовещение Николай Кавасила говорит: «Воплощение было делом не только Отца, Его Силы и Его Духа, но также делом воли и веры Девы. Без согласия Непорочной, без содействия веры Домостроительство это было столь же неосуществимым, как и без действия трех Божественных Ипостасей. Только научив и убедив Ее, Бог берет Ее Себе в Матерь и воспринимает от Нее плоть, которую Она соглашается дать Ему. Он желал, чтобы Матерь Его родила Его столь же свободно, как и Он воплотился добровольно» (франц. изд. Жюжи, Восточная патрология, XIX, 2).Начиная со святого Иустина и святого Иринея, отцы часто противопоставляют «двух дев» Еву и Марию. Преслушанием первой в человечество вошла смерть; послушанием «второй Евы» Жизнодавец соделался Человеком и вошел в потомство Адамов. Но между ними лежит вся история Ветхого Завета прошлое, от которого невозможно отделять Ту, Которая стала Матерью Божией. Она была избрана для этой единственной и исключительной роли в деле Боговоплощения; однако избрание это следует за целым рядом других избраний, которые оно завершило и которыми оно было подготовлено. Не напрасно Православная Церковь в своих богослужебных текстах именует Давида «богоотцом» и этот же термин применяет к Иоакиму и Анне: «святые праведные богоотцы». Римско-католический догмат о непорочном зачатии, по-видимому, нарушает это непрерывное преемство ветхозаветной святости, завершающееся в момент Благовещения, когда Дух Святой, сошедший на Деву, сделал Ее способной воспринять во чреве Своем Слово Отчее. Православная Церковь не признает такого исключения Пресвятой Девы из всего остального падшего человечества, такой «привилегии», которая делает Ее, ради будущих заслуг Ее Сына, искупленной до того, как совершился подвиг Искупления. Мы почитаем Матерь Божию превыше всякой твари не за привилегию, якобы полученную Ею в момент зачатия Ее родителями. Она была свята и чиста от всякого греха уже во чреве матери, однако эта святость не выделяет Ее еще из остального человечества до Христа. Состояние Ее в момент Благовещения не было аналогичным состоянию Евы до грехопадения. Первая Ева, ставшая «матерью всех живущих», преклонила слух к словам искусителя, будучи в райском состоянии, состоянии безгрешного человечества. Вторая же Ева, избранная стать Матерью Божией, услышала слова ангела, будучи в состоянии человечества падшего. Поэтому это исключительное избрание не выделяет Ее из остального человечества, не отделяет Ее от всех Ее прародителей и собратьев, святых или грешников, для которых Она представляет все лучшее, что было у них.Как и другие люди, как и святой Иоанн Предтеча, зачатие и рождество которого также празднует Церковь, Пресвятая Дева родилась под законом первородного греха и вместе со всеми несла общую ответственность за грехопадение. Однако грех никогда не смог осуществиться в Ее личности; пагубное наследие греха было не властно над Ее праведной волей. Она представляет вершину святости, когда-либо достигнутую до Христа, в условиях Ветхого Завета, кем бы то ни было из потомков Адама. Она пребыла без греха под всеобщей властью греха, осталась чистой от всякого соблазна в человечестве, порабощенном князю мира сего. Для служения особому плану Божию Она не была поставлена превыше истории, но именно в цепи исторических событий, в общей судьбе людей, ожидавших спасения, Она осуществила Свое исключительное призвание.И тем не менее, если в личности Богоматери мы видим вершину ветхозаветной святости, этим еще не ограничивается личная Ее святость, ибо Она превзошла и все вершины святости новозаветной, осуществив величайшую святость, какой может достигнуть Церковь.Первая Ева была взята от Адама: она личность, которая в момент своего сотворения Богом воспринимает природу Адама, чтобы послужить ему дополнением. В отношении же новой Евы мы видим обратное соотношение: именно через Нее Сын Божий становится «новым Адамом», восприняв от Нее человеческую природу. Первый Адам был до Евы, Последний после новой Евы. Однако нельзя сказать, что человечество, воспринятое Христом во чреве Пресвятой Девы, есть дополнение к человечеству Матери; это поистине человечество одной из Божественных Ипостасей, «небесного человека» (1Кор. 15, 4748). Человечество же Богоматери принадлежит существу тварному, происшедшему от «человека перстного». Глава нового человечества не Пресвятая Богородица, а ее Сын; Он «выше всего, Глава Церкви, которая есть тело Его» (Еф. 1, 2223) дополнение Его человечества. Поэтому лишь через Своего Сына, в Его Церкви, Богоматерь сможет достичь совершенства, уготованного тем, кто должен носить образ небесного человека (1Кор. 15, 49).