Твитнуть
Сообщение от Нижегородов
А мы знаем и имеем Его...ибо,
16 Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы - дети Божии.
Рим.8.
Что есть для вас богохульство?
-
Как можете свидетельствовать о том, чего не знаете и не имеете в себе?
А мы знаем и имеем Его...ибо,
16 Сей самый Дух свидетельствует духу нашему, что мы - дети Божии.
Рим.8.
Что есть для вас богохульство?Я видел Сына Человеческого...Он сходит с неба невидимой поступью,как с Сиона...Рука Его поднята вверх...В руке Его шар как солнце...
В явлении Его менялась земля...... -
Для вас я рекомендую книгу бывшего протестанта Тито Колиандера "Узкий путь", в которой он предлагает новоначальным пойти путем духовного возрастания, т.е. узким евангельским путем:Сообщение от Герман.К.
Все то, что приписывается Богу, но не является Его принадлежностью. Вы поймите, Герман, когда вы говорите "про духа, который у вас", при этом кардинально расходясь со Святыми Отцами по вопросам затрагиваемыми на форуме, у любого православного возникает выбор кого считать духоносным - вас или Отцов Церкви, и этот выбор они делают не в вашу пользу.Сообщение от Герман.К.Комментарий
-
Это в пору вам,а мне хватает книг Святого Писания...Сообщение от НижегородовДля вас я рекомендую книгу бывшего протестанта Тито Колиандера "Узкий путь", в которой он предлагает новоначальным пойти путем духовного возрастания, т.е. узким евангельским путем:
А я и не призываю вас следовать за мной,ибо мой путь лежит к народу Израеля...И Отец мой суть Сущий Бог Авраама,Исаака и Иакова...Вы поймите, Герман, когда вы говорите "про духа, который у вас", при этом кардинально расходясь со Святыми Отцами по вопросам затрагиваемыми на форуме, у любого православного возникает выбор кого считать духоносным - вас или Отцов Церкви, и этот выбор они делают не в вашу пользу.
А вы слушайте своих "отцов",потому что
22 Вы не знаете, чему кланяетесь, а мы знаем, чему кланяемся, ибо спасение от Иудеев. Иоанна 4.Я видел Сына Человеческого...Он сходит с неба невидимой поступью,как с Сиона...Рука Его поднята вверх...В руке Его шар как солнце...
В явлении Его менялась земля......Комментарий
-
Старец Паисий Святогорец (1924-1994)
Старец Паисий, в миру Арсений Езнепидис, родился в Фарасах Каппадокийских, в Малой Азии, 25 июля 1924 года. Его отца звали Продромос. Он был благочестивым человеком и патриотом, из-за чего его семья подвергалась опасности от турецких фанатиков-мусульман. Мать старца звали Евлампией. В их семье, кроме маленького Арсения, было еще девять детей. Через две недели после рождения Арсения, фарасийские греки бежать из Турции, чтобы спастись от турецких гонений. Перед отъездом в Грецию, святой Арсений Каппадокийский окрестил мальчика и дал ребенку свое имя, пророчески сказав: "Хочу оставить после себя монаха".
В сентябре 1924 года, корабль с беженцами подошел к берегам Греции и измученные люди, наконец, обрели новую родину и безопасность. Малыш Арсений рос, имея большую любовь ко Христу и Богородице, и очень хотел стать монахом. Он постоянно ходил в лес, где молился, держа деревянный крест, сделанный своими руками. Детство старца прошло в г. Конице. Здесь он успешно окончил школу и работал до армии плотником. В 1945 году Арсения призвали в армию, где он отличился благонравием и мужеством.
После армии Арсений сразу ушел на Святую Гору Афон. В 1950 году он стал послушником благодатного духовника, отца Кирилла, впоследствии игумена монастыря Кутлумуш ( 1968). Некоторое время спустя о. Кирилл направил послушника в монастырь Есфигмен, где Арсений и принял в 1954 году рясофор с именем Аверкий. Новый монах нес любые послушания, а, выполнив свои, помогал и другим братьям закончить их работу. Аверкий постоянно молился, стараясь, чтобы это не заметили окружающие, любил читать жития святых.
В 1954 году Аверкий по совету духовного отца перешел в обитель "Филофей" и стал там учеником отца Симеона, известного своей добродетелью. В 1956 году отец Симеон постриг отца Аверкия в малую схиму с именем Паисий, в честь митрополита кессарийского Паисия II, который также был уроженцем Фарасы Каппадокийской. На новом месте о. Паисий вел прежнюю жизнь: подвизался по любочестию и помогал, сколько мог, братии.
В 1958 году из Стомио Коницкой его просили придти помочь остановить распространение протестантов. Старец, получив внутреннее «извещение» воли Божией, пошел и жил в обители Рождества Богородицы в Стомио. Там он, с помощью благодати Божией, помог тысячам душ и оттуда отправился в 1962 году, по каким-то духовным причинам, на Синай. Старец много работал, а на заработанные деньги покупал пищу и раздавал ее бедуинам, которые его очень любили. В 1964 году Старец вернулся на Афон и поселился в Иверском скиту. В 1966 году Старец заболел и ему отняли большую часть легких.
С мая 1978 года о. Паисий поселился в келии Панагуда святой обители Кутлумуш. Сюда к Старцу потянулись тысячи людей. Ежедневно, от восхода до заката он советовал, утешал, решал людские проблемы, изгонял всякое стеснение и наполнял души верою, надеждою и любовью к Богу. Для всей Греции Старец стал духовным магнитом, вытягивающим скорбь болезнующих людей. Принимая тяготы притекающих людей, Старец мало-помалу, стал изнемогать телесно. К 1993 году состояние Старца стало очень тяжелым.
В октябре 1993 года Старец поехал с Горы Афон в монастырь св. Иоанна Богослова в Суроти. Здоровье его катастрофически ухудшилось. 12 июля 1994 года Старец предал свою преподобную душу Господу. Старец почил и был погребен в монастыре св. Иоанна Богослова в Суроти Солунской и место его погребения стало святыней для всего православного мира.
Предлагаю участникам форума интервью Паисия Святогорца, из которого все желающие своего спасения могут почерпнуть много полезного для себя:
"Какие же счастливцы те, кто живут во дворцах и наслаждаются всеми благами, - говорят люди мира сего. Однако блаженны те, кому удалось упростить свою жизнь, освободить себя от удавки этого мирского усовершенствования - от множества удобств, равных множеству затруднений, и избавиться от страшной душевной тревоги нынешней эпохи. Если человек не упростит свою жизнь, то он будет мучиться. Тогда как упростив ее, он избавится и от этой душевной тревоги.
Как-то раз на Синае приезжий немец сказал одному очень смышленому мальчику-бедуину: Ты есть умный ребенок и способный достигайт образование. - Ну и что потом? - спрашивает его тот. Потом ты будешь инженер. - А потом? - Потом открываль мастерскую по ремонт автомобилей. - Потом? - Потом её увеличишь. - И что же потом? - Потом нанималь других мастеров - комплектовайт для большой рабочий персонал. - Стало быть, что же, - говорит ему мальчуган, - сперва у меня будет одна головная боль, потом я добавлю к ней еще одну, а потом и еще? Не лучше ли как сейчас - иметь голову спокойной?. Головная боль, по большей части, происходит как раз от таких мыслей: Сделаем одно, сделаем другое. А если бы мысли были духовными, то человек испытывал бы духовное утешение и не мучился бы головной болью.
Сейчас в беседах с мирскими людьми я тоже подчеркиваю значение простоты. Потому что в большинстве из того, что они делают, необходимости нет, и их снедает душевная тревога. Я говорю людям о безыскусности и аскетичности, я не перестаю взывать: Упростите вашу жизнь, чтобы исчезла душевная тревога. И большинство разводов начинается как раз с этого. У людей много работы, им надо сделать столько всего, что идет кругом голова. Работают и отец, и мать, а дети остаются без призора. Усталость, нервы - даже малый пустяк приводит к большому скандалу, а затем автоматически следует развод. Люди доходят уже и до этого. Однако, упростив свою жизнь, они будут и полны сил, и радостны. Да, душевная тревога - это сущая погибель.
Как-то раз мне довелось оказаться в роскошнейшем доме. Во время беседы хозяева сказали мне: Мы живем прямо-таки в раю, а ведь другие люди так нуждаются. - Вы живете в аду, - ответил им я. - Безумие, в сию нощъ душу твою истяжут от тебе, - сказал Господь безумному богачу. Если бы Христос спросил меня: Где тебе отвести место - в какой-нибудь темнице или же в доме, подобном этому, то я бы ответил: В какой-нибудь мрачной темнице. Потому что темница пошла бы мне на пользу. Она напоминала бы мне о Христе, о святых мучениках, о подвижниках, скрывавшихся в пропастех земных, она напоминала бы мне о монашеской жизни. Темница была бы немножко похожа и на мою келью, и я бы от этого радовался. А о чем бы напоминал мне ваш дом и какую пользу я получил бы от него? Поэтому темницы утешают меня много больше не только какого-нибудь мирского салона, но и прекрасно отделанной монашеской кельи. В тысячу раз лучше жить в тюрьме, чем в таком вот доме.
В другой раз я остановился в Афинах у своего друга, и он попросил меня встретиться с одним многодетным отцом, но только до рассвета, потому что в другое время тому было некогда. Пришел этот человек - радостный и непрестанно славословящий Бога. У него было много смирения и простоты, и он просил меня молиться о его семье. Этому брату было тридцать восемь лет, и он имел семеро детей. Дети, он с женой, плюс его родители - всего одиннадцать душ. Все они ютились в одной комнате. С присущей ему простотой он рассказывал: Стоя-то мы помещаемся в комнате все, но вот когда ложимся спать, места не хватает - тесновато. Но сейчас, слава Богу, сделали навес для кухни и стало полегче. Ведь у нас, отченька, есть и крыша над головой - другие-то вон и вовсе живут под открытым небом. Работал он гладильщиком в Пирее, а жил в Афинах и для того, чтобы быть на работе вовремя, выходил из дома затемно. От долгого стояния на ногах и сверхурочной работы у него образовалось варикозное расширение вен, причинявшее его ногам беспокойство. Но большая любовь к семье заставляла этого человека забывать о болячках и хворях. Вдобавок он то и дело себя укорял, говорил, что у него нет любви, что он не делает подобающих христианину добрых дел, и не мог нахвалиться на свою жену за то, что она делает добрые дела, заботится не только о детях, но и о свекре со свекровью, обстирывает живущих по соседству стариков, прибирается у них в домах и даже супчик им варит! Лицо этого доброго семьянина светилось от Благодати Божией.
Он имел в себе Христа и был исполнен радости. И комнатенка, в которой они ютились, тоже была исполнена райской радости. Те, кто не имеет в себе Христа, будут исполнены душевной тревоги. Они не поместятся и в одиннадцати комнатах даже вдвоем, тогда как здесь одиннадцать душ со Христом - поместились в одной.
Сколько бы много места ни было у людей - даже у людей духовных - им все равно не будет хватать места, потому что в них самих не хватило место Христу, потому что Он не вместился в них полностью. Если бы жившие в Фарасах женщины поглядели на ту роскошь, которая присутствует сегодня даже во многих монастырях, то они бы воскликнули: Бог низвергнет с неба огонь и попалит нас! Бог нас оставил! Фарасиотки справлялись с работой в два счета. Спозаранку они выгоняли коз, потом наводили порядок в доме, потом шли в часовню или же собирались где-нибудь в пещерах, и та, что немножко умела читать, читала житие дневного Святого. Потом начинали творить поклоны с молитвой Иисусовой. Но ведь кроме этого они еще работали, уставали. Женщина должна была уметь обшивать весь дом. А шили вручную. Ручные швейные машинки и в городе-то были редкостью, а в селе их не было и подавно. Хорошо если на все Фарасы была одна швейная машинка. И мужчинам они шили одежду - очень удобную, а носки вязали на спицах. Всё делали со вкусом, с любовью, но при этом и время у них оставалось, потому что всё у них было просто. Второстепенное фарасиотов не заботило. Они переживали монашескую радость. И если, скажем, ты замечал, что одеяло лежит на кровати неровно, и говорил им: Поправьте одеяло, то в ответ слышал: Тебе это что, мешает молиться?
Сегодня людям неведома эта монашеская радость. Люди считают, что испытывать лишения, страдать они не должны. А если бы люди думали немножко по-монашески, если бы они жили проще, то и были бы спокойны. Сейчас они мучаются. В их душах - тревога и отчаяние: Такому-то удалось построить два многоэтажных дома! Или: Такому-то удалось выучить пять иностранных языков! - или еще что-нибудь подобное этому. А у меня, - говорят, - нет даже своей квартиры, и иностранного языка я не знаю ни одного! Все, пропал я!. Или же кто-то, имея автомобиль, начинает терзаться: У другого машина лучше моей. Надо и мне покупать такую же. Он покупает себе новую машину, но и она ему не в радость - ведь у кого-то еще есть и получше. Он покупает такую же и себе, а потом узнает, что у иных есть собственные самолеты, и опять мучается. Конца этому нет. Тогда как другой человек, у которого тоже нет машины, славословит Бога и радуется. Слава Богу! - говорит он. - Ну и пусть у меня не будет машины. Ведь у меня крепкие ноги и я могу ходить пешком. А у скольких людей ноги ампутированы, и они не могут за собой ухаживать, не могут выйти на прогулку, нуждаются в чьем-то уходе!.. А у меня есть собственные ноги! В свою очередь, человек хромой говорит так: А каково другим, у которых нет обеих ног? - и радуется тоже.
Неблагодарность и ненасытность - великое зло. Человек, порабощенный чем-то материальным, всегда порабощен волнением и душевной тревогой, потому что он то дрожит, боясь, как бы у него не отняли его богатство, то испытывает страх за свою жизнь. Как-то раз ко мне пришел один богач из Афин и сказал: Отче, я потерял контакт со своими детьми. Я потерял своих детей. - А сколько у тебя детей? - спросил я. Двое, - ответил он. - Вскормил их на птичьем молоке. Имели все, что хотели. Даже по машине им купил. Потом из беседы стало ясно, что у него была своя машина, у жены - своя и у каждого из детей - своя. Чудак человек, - сказал я ему, - вместо того, чтобы решить свои проблемы, ты их только увеличил. Сейчас тебе нужен большой гараж для машин, за их ремонт надо платить вчетверо больше, не говоря уже о том, что и ты с женой, и твои дети в любой момент рискуете разбиться. А если бы ты упростил свою жизнь, то семья была бы сплоченной, один понимал бы другого, и всех этих проблем у тебя бы не было. Вина за то, что с вами происходит, лежит не на твоих детях, а на тебе самом. Это ты виноват в том, что не воспитал их по-другому. На одну семью - четыре автомобиля, гараж, свой механик и все прочее! Неужели один не может поехать куда-то чуть пораньше, а другой - чуть попозже? Весь этот комфорт порождает трудности.
В другой раз ко мне в каливу пришел другой глава семьи - на этот раз из пяти человек - и сказал: Отче, у нас есть одна машина, но я думаю купить еще две. Так нам будет полегче. - А насколько вам будет потруднее, ты не подумал? - спросил его я. - Одну машину ты оставляешь в какой-нибудь подворотне, а где будешь ставить три? Тебе понадобится гараж и склад для горючего. Вместо одной опасности вы будете подвергаться трем. Лучше вам обходиться одной машиной и ограничить свои расходы. И время, чтобы смотреть за детьми, у вас будет, и сами вы будете умиротворенными. В упрощении вся основа. - Да, - говорит, - а я ведь об этом и не задумывался.
- Геронда, один человек рассказывал нам, как он два раза не мог заставить замолчать противоугонную сигнализацию в своем автомобиле. Один раз из-за того, что в машину залетела муха, а в другой раз он сам нарушил инструкцию пользования противоугонной системой, когда садился в собственный автомобиль.
- У этих людей мученическая жизнь, потому что они не делают свою жизнь проще. Большинство удобств влекут за собой неудобства. Мирские люди задыхаются от многого. Они заполонили свою жизнь множеством удобств и сделали ее трудной. Если не упростить свою жизнь, то даже одно удобство рождает кучу проблем.
В детстве мы обрезали края у катушки из-под ниток, вставляли в серединку деревянную палочку и устраивали замечательную игру, которая доставляла нам настоящую радость. Маленькие дети радуются игрушечной машинке больше, чем их отец - купленному Мерседесу. Спроси какую-нибудь девчушку: Что тебе подарить - куколку или многоэтажный домище? Вот увидите, она ответит: Куколку. Суетность мира в конце концов познают даже малые дети.
- Геронда, а что больше всего помогает понять радость, которую приносит простота, безыскусность?
- Осознание глубочайшего смысла жизни. Ищите прежде Царствия Божия.... Простота и всякое правильное отношение к вещам начинаются с этого."
Комментарий
-
А что есть смерть,как не живущий в вас грех??? Для души и для тела...Сообщение от Нижегородов
Просите лучше спасти вас от греха вашего,или Христос зря умирал?
4 и прости нам грехи наши, ибо и мы прощаем всякому должнику нашему; и не введи нас в искушение, но избавь нас от лукавого...
Не меня грешного,а от грехов моих...Чувствуете разницу,ибо если не отделите себя и грех,как вас можно спасти? Вместе с грехом вашим?Не обманывайтесь ибо грехи не наследуют ЦБ,но озеро огненное...
Если бы вы знали Отца,который есть Сущий Бог,то и молились бы как заповедовал вам Христос,и отпустил бы вам Господь грехи ваши...Я видел Сына Человеческого...Он сходит с неба невидимой поступью,как с Сиона...Рука Его поднята вверх...В руке Его шар как солнце...
В явлении Его менялась земля......Комментарий
-
Свт. Игнатий Брянчанинов. Размышления о вере
"Изливаю глаголы сердца моего, тихо волнуемого радостью нетленною и несказанною. Братия! приникните чистою мыслию в слова мои, и насладитесь пиром духовным! Вера во Христа жизнь. Питающийся верою, вкушает уже во время странствования земного жизнь вечную, назначенную праведникам по окончании этого странствования. Господь сказал: Веруяй в Мя, имать живот вечный [1]. Верою угодники Божии претерпели жестокие искушения: имея в персях богатство и наслаждение живота вечного, они вменяли ни во что жизнь земную с ее прелестями. Верою они принимали скорби и страдания, как дары от Бога, которыми сподобил их Бог подражать и причащаться Своему пребыванию на земли, когда Он благоволил единым из Лиц Своих принять естество наше и совершить наше искупление. Наслаждение безмерное, рождаемое верою, поглощает лютость скорби, так, что во время страданий ощущается только одно наслаждение. Засвидетельствовал это великомученик Евстратий в предсмертной молитве своей, склоняя под меч главу. Телесные мучения, говорил он Богу, суть веселия рабом Твоим! [2] Верою святые погрузились в глубину смирения: они узрели чистым оком веры, что жертвы человеческие Богу дары Божии в человеке, долги человека, ненужные Богу, необходимые, спасительные для человека, когда человек старается приносить, усугублять, уплачивать их. Услышите, людие мои, говорит Бог, и возглаголю вам, Исраилю, и засвидетельствую тебе: Бог, Бог твой есмь Аз. Не о жертвах твоих обличу тя: Моя бо есть вселенная и исполнение ее [3]. Что же имаши егоже неси приял? аще же и приял еси, что хвалимися, яко не прием [4]? Всякому емуже дано будет много, много взыщется от него и емуже предаше множайше, множайше истяжут от него [5]. Божии святые чудодействовали, воскрешали мертвых, предвозвещали будущее, упоены были духовною сладостью, и вместе, смирялись, трепетали, видя с недоумением, удивлением, страхом, что Бог благоволил ущедрить персть, персти, брению вверил Святого Духа Своего. О ужас! нападает от зрения этих таинств молчание на ум зрящий; объемлет сердце несказанная радость; язык изнемогает к поведанию. Верою вступили святые в любовь к врагам: око ума, просвещенное верою, неуклонно смотрит на Бога в промысле Его, и этому Божественному промыслу приписывает все внешние наведения. Так Давид, зревший пред собою Господа выну, чтоб пребывать непоколебимым в мужестве при всех скорбях и попущениях, усиливающихся поколебать и возмутить сердце [6], сказал о Семее, когда Семей проклинал его, и кидал в него камнями: Господь рече ему проклинати Давида. Что вам и мне, сынове Саруины, помыслы гнева и мщения! оставите его, и да проклинает! оставите его проклинати мя, яко рече ему Господь: негли призрит Господь на смирение мое [7]. Душа приемлет искушения, как врачевания своих недугов, благодарит Врача Бога, и поет: Накажи мя, Господи, и испытай мя, разжзи утробы моя, и сердце мое [8]. При таком рассматривании искушения, люди и прочие орудия искушений остаются в стороне, как орудия. Нет на них злобы, нет вражды! Душа славословящая Создателя, благодарящая Врача Небесного, в упоении несказанными чувствами. начинает благословлять орудия своего врачевания [9]. И вот! внезапно возгорается в ней любовь, к врагам; человек бывает готов положить душу за врага своего, видит в этом не жертву, но долг, долг непременный раба неключимого. Отселе небо нами, отверзто, входим в любовь к ближним, ею в любовь к Богу, бываем в Боге, и Бог бывает в нас. Вот какие сокровища заключает в себе вера, ходатай и податель надежды и любви. Аминь.
1840 года, Сергиева Пустыня."
Комментарий
-
С. Фудель (1900-1977). Путь Отцов
"...В чем же основной смысл этой брани, продолжающейся всю долгую жизнь? - испытании человеческой любви и свободы. "Не хочет Бог, чтобы делание (подвизающихся) оставалось неискушенным, но чтоб подвергалось большим испытаниям. Почему напускает на них огнь искушений и на время сокрывает даваемую им свыше благодать, а духам злобы иной раз попускает взволновывать тишину помыслов их, чтоб видеть склонение души, кому она больше угодить хочет: Творцу ли и Благодетелю Своему, или мирскому чувству и сласти удовольствия чувственного. И потом, или усугубляет им благодать, если они преуспевают в любви Его, или бичует искушениями и скорбями, если пристрастны к земным вещам" (преп. Никита Стифат, Д 5-124). Свободе человека предстоит в течение всей его жизни постоянный выбор между жизнью и смертью, и этот выбор нужно делать на пороге ума, на пороге во внутреннюю обитель человека. Учение Отцов полно наставлений о развитии острозоркости, духовного внимания и трезвения, чтобы начинать борьбу с отступающим злом не тогда, когда оно уже вошло в душу, а при первом приближении его к ней."Душу окружает целый лес помыслов, внушаемых сопротивною силою, почему потребны великая рачительность и внимательность ума" (преп. Макарий Великий, Д 1-216). "Внимание должно идти вперед и сторожить врагов как некий страх" (преп. Симеон Новый Богослов, Д 5-500). Но как сторожить, когда в нас еще нет самого чувства духовной борьбы, когда мы не слышим и не видим Невидимой брани? "Брат спросил старца: каким образом мирские люди, презирая пост и молитвы, насыщаясь всякого рода брашнами, проводящие жительство по своим пожеланиям, - не падают, т. е. не окаяваяют себя, как грешных, не отлучают себя от причащения Святых Христовых Таин? А мы, пригвожденные к постам, бдениям, молитвам, сухоядению, лишенные всякого плотского успокоения, плачем и рыдаем и говорим: мы погибли, мы утратили Царство Небесное, мы соделались повинными геенне? - Старец, вздохнув, отвечал: "Правильно сказал ты, что они не падают: упав однажды дивным и лютым падением, они ниже (уже не) могут восстать, ниже имеют куда упасть. И диавол нисколько не нуждается бороться с лежащими ниц и никогда не восстающими. Монахи, напротив того, иногда побеждают, иногда побеждаются; падают и возстают; их оскорбляет диавол и они оскорбляют диавола; с ними борется диавол и они борются с диаволом. Однако, ведая, сын, что не только я и ты, мнимые монахи, нуждаемся в непрестанном трезвении, но и великие подвижники нуждаются в них" (От. 475). "Брат сказал старцу: никакой брани не вижу в моем сердце. Старец на это (сказал): ты подобен четверовратной храмине; всякий, хотящий войти в тебя, входит, откуда бы он ни пришел, и всякий, хотящий выйти, выходит, а ты не понимаешь, что делается в тебе. Если бы твои двери затворялись и запирались и ты не позволял бы посредством их входить в тебя помышлениям греховным, тогда бы ты увидел стоящих вне и борющихся с тобою" (От. 489). Конечно, только страх Божий затворяет двери души, когда из проходной комнаты помыслов она готовится стать храмом. "Вооружись, - говорили Отцы, - огненным мечом, страхом Божиим, и когда приблизятся к тебе греховные помышления, то огнь страха Божия попалит их как хворост" (От. 490, 491). "Пробуждение и воспламенение ревности бывает, когда (к) человеку приходит страх, заставляющий его бояться за то благо, которое он приобрел, или имеет в виду приобрести, чтобы не было оно украдено или уничтожено. Когда возбужден этот страх, тогда ревность день и ночь разгорается, как пылающая печь и, подобно Херувиму, непрестанно внимает тому, что окрест, и всеусердно блюдет свое благо от всяких вражеских искушений совне и совнутрь" (св. Исаак Сирин, Д II- 663). Мы часто всю жизнь не только не понимаем, но и гнушаемся страха Божия, а Святые, при тревожном свете его "пылающей печи", смотрят в темноту вечности. Им есть что бояться потерять: сокровище памяти Божией. "Пламень страха Твоего да пояст терние грехов моих, и душу мою любовию прохлади", - читаем мы в каноне св. Апостолам. "Совершенное беспопечение о земном и всегдашнее поучение в Божественном Писании приводит душу в страх Божий, страх же Божий приводит трезвение. И тогда душа начинает видеть, как демоны воюют против нее посредством помыслов, и отражать их, о чем говорил и Давид: и на враги моя воззре око мое (Пс. LIII, 9) (св. Максим Исповедник, Д III - 158). Так, на пороге ума, и начинается невидимая брань: борьба за сохранение памяти Божией..."
Комментарий
-
митр. Антоний. Из книги "Духовное путешествие"
"Мы исповедуем, что Церковь свята; и апостол Павел говорит всем христианам: Вы святы. Что Церковь свята ясно и понятно, но что все христиане святы ставит перед ними серьезные вопросы, потому что, даже если они приобщаются к святости Церкви, глядя на самих себя и на окружающих нас людей, мы не можем это слово употребить со спокойной уверенностью.
Начнем со святости Церкви. Святость Церкви заключается в том, что она место, где Бог в Своей полноте присутствует среди Своего народа. Христос Богочеловек, как человек и как Бог, заполняет Собой Церковь; Дух Святой дышит в ней, и во Христе и во Святом Духе мы являемся уже не приемными, а родными детьми Бога и Отца. Опять-таки, эти слова дерзновенны, но они принадлежат не мне, а святому Иринею Лионскому. И в этом отношении мы можем сказать, что Церковь свята всей святостью Бога, Который в ней живет и действует.
Что же сказать о нас самих? В зависимости от нашей верности, от нашего врастания в тайну Церкви и в тайну Бога, мы сколько-то приобщаемся этой святости. Но когда апостол Павел говорит о том, что все христиане святы, он вовсе не имеет в виду, что мы все уже достигли святости я уж не говорю: Христовой, а даже святости тех святых, которых почитает Церковь.
Святость начинается в момент, когда мы посвящены Богу, принесены Ему в дар, делаемся Его собственностью. Это не значит, что в тот момент человек уже делается святым в том смысле, в котором он призван быть подобным Серафиму Саровскому, Сергию Радонежскому, Нилу Сорскому и множеству других мужчин и женщин. Это лишь говорит о том, что теперь по собственной воле, с полного своего согласия, со всей своей решимостью мы отдаем себя Богу, теперь мы Божии до конца. В этом смысле святость человека, конечно, сочетается с какой-то долей греховности, потому что человек отдает себя Богу и говорит: Господи, я хочу быть Твоим и только Твоим! а вместе с этим в нем еще есть несовершенство, которое должно быть переработано и постепенно исчезнуть. Вот два полюса святости: Божественная святость Спасителя Господа Иисуса Христа и зачаточная святость того, кто сам себя отдает как бы в собственность Богу, или, в случае крещения детей, того, кто приносится семьей Богу, потому что семья верит в Него и знает, что отдать ребенка Богу это самое лучшее, что можно для него сделать.
Вопрос святости связан еще с другим словом: духовность. Мы постоянно говорим о духовности, как будто человек, не только святые, но и мы, грешники, можем жить одним духом, и забываем, что в человеке есть и душевность, и телесность. Надо понять, что такое духовность по существу. Духовность это не достижение, а путь; духовность заключается в том, что Святой Дух действует в нас, потому что мы Христовы и постепенно возрастаем действием Святого Духа. Это значит, что мы должны соединиться со Христом и с Духом Святым всем своим существом, а не только той стороной нашего бытия, которая уже сродни Богу духом нашим. Святой Серафим Саровский говорит, что святости можно достигнуть благодаря решимости, а решимость это предмет воли, это предмет ума, сознания; и поэтому наша душевность играет абсолютно решающую роль. Наш дух не может с места двинуться без того, чтобы наша душевность не участвовала в его возрождении и восхождении к Богу. Это очень важный момент, потому что мы часто думаем, будто вместо того, чтобы совершать душевный подвиг, мы можем обратиться к таинствам, обратиться к молитве, обратиться к Богу и говорить: Господи, сделай за меня то, чего я не собираюсь делать ради Тебя, или то, чего я не могу сделать, потому что у меня не хватает ни решимости, ни вдохновения!.. Нет, в нас есть этот душевный момент, который требуется для того, чтобы загорелся дух и чтобы Бог все глубже мог с нами соединиться.
Но речь идет не только о душевности и о духовности, о духе и о душе, речь идет тоже о человеческом теле, потому что тело человека было создано Богом для того, чтобы быть вместилищем его души и его духа. Это следует понять: наше тело так же свято, как наш дух, и должно быть пронизано до самых глубин Божественной благодатью. Святой Силуан Афонский в одном из своих писаний говорит, что веянием Святого Духа, действием Святых Таинств, приобщенностью нашей Богу, когда мы отдаемся Ему либо нашими родителями, либо свободной своей волей, благодать Божия касается сначала нашего духа; а потом, когда загорится наш дух, это пламя постепенно пронизывает и душевность нашу. В свете той благодати, которая уже осияла наш дух, мы делаемся способными принимать решения, которые иначе не могли бы принимать, делаемся способными понимать то, чего иначе не могли бы понять. И когда человек дошел до полноты какой-то приобщенности Богу (полноты, конечно, относительной), то эта благодать сходит и пронизывает и наше тело. Этим объясняется то, что тела святых часто остаются нетленными, их не касается тлен, растление. Так вот, святость начинается с момента, когда мы отдаем себя Богу, она возрастает по мере того, как мы решительно боремся со всем тем, что нам мешает быть Божиими, друзьями и учениками Христа, храмами Святого Духа. И дальше она пронизывает нас до конца.
И тут, может быть, стоит подумать о том, чтó совершается в наших человеческих отношениях. Часто люди думают, что могут общаться только духовно, то есть забывая свою душевность и свою телесность; что можно молиться о своем ближнем и довольно с него, тогда как ближний, может быть, нуждается во многом другом: в душевной помощи, в телесной помощи. И тут мы должны понять, чтó совершается. Мы должны понять, что в ту меру, как мы хотим жить духом, мы должны раскрываться к ближнему той стороной нашей душевности, которая уже очищена. Это значит (в Евангелии ясно об этом говорится), что наши мысли должны постепенно очищаться, мы должны бороться за то, чтобы никакая грязь, никакой тлен, никакая нечистота, никакая неправда, ложь не проникали в нашу мысль.
Но вы скажете: как же быть? Я знаю, что на опыте оно не так. Вот я становлюсь на молитву, и как только начинаю молиться, в меня начинают вливаться откуда-то всякие воспоминания, воображения, фантазии или даже просто богохульные мысли... Об этом говорит святой Иоанн Лествичник: как только мы становимся на молитву, бес подползает к нам и нашептывает нам все, что может нас отвлечь от молитвы. И не надо этим смущаться; надо просто ему сказать: отойди, не теряй времени, я все равно буду продолжать молиться... И отрывок молитвы, который был осквернен нечистыми мыслями, надо повторять раз за разом. Как один подвижник говорил если вы будете это делать постоянно, то бес увидит, что чем больше он на вас нападает, тем больше вы молитесь, и отойдет от вас. Это очень важный момент..."
Прдолжение см.: http://www.metropolit-anthony.orc.ru/be/be_9.htmКомментарий
-
Из писем матушки Игумении Арсении к Петру Александровичу Брянчанинову
20 февраля 1876 года
Вы чувствуете перемену в своем духовном состоянии, - слава Богу! Слово Божие, принятое с верою, действует самовластно. Но оно действует тогда, если со всей простотой, безыскусственностью и смирением живет душа, отдавшись верою Его водительству. Господь посылает обстоятельства, попускает немощи, скорби, лишения, при которых является в душе особенная борьба, особенный подвиг.
Тогда-то слово Божие, принятое верою, руководит душу, дает ей правильное познание своего состояния, ставит ее в должное отношение и к встретившемуся обстоятельству и указывает ей, где и в ком она должна искать неизменную опору. Из этого душа на самом деле познает, что спасает ее Божество, как говорит схимница, даруя словом Своим - правильное познание; обстоятельствами - вводя в должную деятельность; оставлением - приводя ко взысканию. Все наши вам кланяются и считают своим, несмотря на то, что вы человек мирской. Желаю вам и себе милости Божией. Мне немного нездоровится, но болезнь тела нетяжела, тяжело болеть душою и не находить врача. А врач всегда около нас. Врач, Который взял на Себя грехи наши и "язвен бысть за беззакония наша". Он о нас болезнует, а мы язвою Его исцелехом.
Комментарий
-
Уважаемый Нижегородов!
Вы уклонились от простоты во Христе. Даже в Новом Завете не написано столько сколько вы тут понаписали. Не усложняйте жизнь себе и другим. Вера В Иисуса проста и бесхитросна, она дана всем людям и в том числе необразованный, а то что вы написали без богословского высшего образования не разобрать.
"Цель же увещания есть любовь от чистого сердца и доброй совести и нелицемерной веры, от чего отступив, некоторые уклонились в ПУСТОСЛОВИЕ,
ЖЕЛАЯ быть законоучителями,
но НЕ РАЗУМЕЯ ни того, о чем говорят, ни того,
что УТВЕРЖДАЮТ. (1Тим.1:5-7)""Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную". (Иоан.3:16-18)Комментарий
-
"Проста и бесхитросна"? Вот тема для размышления людям без богословского образования:Сообщение от Diuimovocka
"Поминайте наставников ваших..." (Евр. 13:7)
"Повинуйтесь наставникам вашим..." (Евр. 13:17)
"Приветствуйте всех наставников ваших..." (Евр. 13:24)
"...у вас тысячи наставников во Христе" (1 Кор. 4:15)
"...один у вас Наставник - Христос" (Мф. 23:10)
Что это за наставники такие, како разумееши (не для ответа на форуме, а для личного размышления)?
Вера христианская не так проста как кажется на первый взгляд, потому и поставлены учители в Церкви (Еф. 4:11), что не все способны самостоятельно обрести правильную духовную жизнь.Комментарий
-
Вот именно из-за таких высказываний некоторые люди не приходят к Богу. Это является для них камнем преткновения. Лично у меня есть знакомые которые говорят: Это слишком сложно, мне это не дано.Вера христианская не так проста как кажется на первый взгляд,
Дано всем, главное захотеть! Потому что вера от Бога, а не от отцов церкви!
А на все ваши вопросы я могу ответить, но раз вы написали что это не для форума, что ж, пусть каждый остаётся при своём мнении."Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную". (Иоан.3:16-18)Комментарий
-
Митр. Антоний Сурожский. Спасение в миру
"Мне поставлен вопрос о спасении в миру: насколько сегодня применимы аскетические наставления отцов, каково может быть их приспособление к конкретной современной жизни?
Первая предпосылка та, что Евангелие было провозглашено для всех без исключения. И если Христос нам предложил евангельский идеал, евангельский путь, именно не делая различения, не указывая каких-то специальных отдельных разветвлений, осуществление его в современной жизни должно быть возможно. Вопрос в том что и как.
Большей частью невозможны те или другие формы жизни при тех или других обстоятельствах. Но не бывают невозможны те или другие настроения, тот или другой внутренний строй. Скажем, вести созерцательную жизнь по типу пустынника можно в пустыне, заниматься Иисусовой молитвой так, как ею занимался Странник (см.: Откровенные рассказы Странника духовному своему отцу. Ред.), можно только в условиях его странничества, и т.д. Но это совсем не значит, что нельзя быть лицом к лицу с Богом вне пустыни, что, не будучи странником, нельзя быть в таком же радикальном предстоянии или нельзя заниматься Иисусовой молитвой с той же глубиной опыта. Так что, если ставить вопрос об аскетической жизни, исходя из тех или других форм, формы могут оказаться несовместимыми с теми или другими обстоятельствами, но это не значит, что их содержание несовместимо.
Если подумать о том, как эти формы постепенно выкристаллизовывались: во-первых, они не были выдуманы или надуманы. Они постепенно выросли изнутри опыта; потом они стали даваться как условия для искания или нахождения того или другого духовного опыта, но началось-то бесформенно. Когда первый человек ушел в пустыню, у него не было программы, не было представления о том, во что это все выльется, он только знал одно: что ему нужно быть совершенно одному лицом к лицу с Богом и с собой. И уже из этого начали появляться формы; скажем, сразу было обнаружено, что невозможно жить бездеятельно, что надо работать; пустынники, например, плели корзины, во всяком случае работали. Причем труд должен был быть тяжелый, такой, чтобы на него было положено настоящее усилие; труд заключался в том, во-первых, чтобы делать что-то целесообразное (вот плести корзины), что требовало минимального умственного внимания и никакого внимания сердца, которое могло всецело оставаться Божиим; и, во-вторых, в тяжелых условиях жизни: скажем, ходили за водой на довольно большое расстояние, что представляло собой самый подлинный физический труд.
Затем был обнаружен целый ряд других вещей. Первые гиганты духа как-то предстояли перед Богом; когда стали к ним прибиваться люди меньшего масштаба, но искавшие под их руководством того же, появилось такое понятие, как послушание; оно стало разрабатываться сначала как общее руководство, а потом развилось в радикальные его аспекты.
Но главное надо помнить: телесные ли упражнения, душевные ли упражнения, строй ли жизни, правила ли этой жизни началось все это без намерения что-нибудь создавать в этом порядке; строй вырос из внутренней жизни. Поэтому жизнь, когда она есть, может выработать свои формы. Это общее биологическое правило, это правило и общественное и личное, была бы жизнь!..."
Продолжение см.:
Комментарий
-
Уважаемый Нижегородцев!
А своими словами?"Ибо так возлюбил Бог мир, что отдал Сына Своего Единородного, дабы всякий верующий в Него, не погиб, но имел жизнь вечную". (Иоан.3:16-18)Комментарий
-
Святитель Игнатий (Брянчанинов). О прелести
"Ученик. Дай точное и подробное понятие о прелести. Что такое прелесть?
Старец. Прелесть есть повреждение естества человеческого ложью. Прелесть есть состояние всех человеков, без исключения, произведенное падением праотцев наших. Все мы в прелести [1]. Знание этого есть величайшее предохранение от прелести. Величайшая прелесть признавать себя свободным от прелести. Все мы обмануты, все обольщены, все находимся в ложном состоянии, нуждаемся в освобождении истиною. Истина есть Господь наш Иисус Христос [2]. Усвоимся этой Истине верою в Нее, возопием молитвою к этой Истине и Она извлечет нас из пропасти самообольщения и обольщения демонами. Горестно состояние наше! Оно темница, из которой мы молим извести нашу душу, исповедатися имени Господню [3]. Оно та мрачная земля, в которую низвергнута жизнь наша позавидовавшим нам и погнавшим нас врагом [4]. Оно плотское мудрование [5] и лжеименный разум [6], которыми заражен весь мир, не признающий своей болезни, провозглашающий ее цветущим здравием. Оно плоть и кровь, которые царствия Божия наследити не могут [7]. Оно вечная смерть, врачуемая и уничтожаемая Господом Иисусом, Который есть воскрешение и живот [8]. Таково наше состояние. Зрение его новый повод к плачу. С плачем возопием ко Господу Иисусу, чтоб Он вывел нас из темницы, извлек из пропастей земных, исторг из челюстей смерти. "Господь наш Иисус Христос, говорит преподобный Симеон, Новый Богослов, потому и сошел к нам, что восхотел изъять нас из плена и из злейшей прелести [9].
Ученик. Это объяснение не довольно доступно для моих понятий: нуждаюсь в объяснении более простом, более близком к моему уразумению.
Старец. В средство погубления человеческого рода употреблена была падшим ангелом ложь [10]. По этой причине Господь назвал диавола ложью, отцом лжи и человекоубийцею искони [11]. Понятие о лжи Господь тесно соединил с понятием о человекоубийстве, потому что последнее есть непременное последствие первой. Словом "искони" указывается на то, что ложь с самого начала послужила для диавола орудием к человекоубийству, и постоянно служит ему орудием к человекоубийству, к погублению человеков. Начало зол ложная мысль! Источник самообольщения и бесовской прелести ложная мысль! Причина разнообразного вреда и погибели ложная мысль! При посредстве лжи, диавол поразил вечною смертью человечество в самом корне его, в праотцах. Наши праотцы прельстились, то есть, признали истиною ложь, и, приняв ложь под личиною истины, повредили себя неисцельно смертоносным грехом, что засвидетельствовала и праматерь наша. Змий прельсти мя, сказала она, и ядох [12]. С того времени естество наше, зараженное ядом зла, стремится произвольно и невольно ко злу, представляющемуся добром и наслаждением искаженной воле, извращенному разуму, извращенному сердечному чувству. Произвольно, потому что в нас еще есть остаток свободы в избрании добра и зла. Невольно, потому что этот остаток свободы не действует как полная свобода, он действует под неотъемлемым влиянием повреждения грехом. Мы родимся такими, мы не можем не быть такими, и потому все мы, без всякого исключения, находимся в состоянии самообольщения и бесовской прелести. Из этого воззрения на состояние человеков в отношении к добру и злу, на состояние, которое по необходимости принадлежит каждому человеку, вытекает следующее определение прелести, объясняющее ее си всею удовлетворительностью: прелесть есть усвоение человеком лжи, принятой им за истину. Прелесть действует первоначально на образ мыслей, будучи принята и, извратив образ мыслей, она немедленно сообщается сердцу, извращает сердечные ощущения; овладев сущностью человека, она разливается на всю деятельность его, отравляет самое тело, как неразрывно связанное Творцом с душою. Состояние прелести есть состояние погибели или вечной смерти. Со времени падения человека диавол получил к нему постоянно свободный доступ [13]. Диавол имеет право на этот доступ: его власти, повиновением ему, человек подчинил себя произвольно, отвергнув повиновение Богу. Бог искупил человека. Искупленному человеку предоставлена свобода повиноваться или Богу, или диаволу, а чтоб свобода эта вынаружилась непринужденно, оставлен диаволу доступ к человеку. Очень естественно, что диавол употребляет все усилия удержать человека в прежнем отношении к себе, или даже привести в большее порабощение. Для этого он употребляет прежнее и всегдашнее свое оружие ложь. Он старается обольстить и обмануть нас, опираясь на наше состояние самообольщения; наши страсти эти болезненные влечения он приводит в движение, пагубные требования их облачает в благовидность, усиливается склонить нас к удовлетворению страстей. Верный Слову Божию не дозволяет себе этого удовлетворения, обуздывает страсти, отражает нападения врага [14]; действуя под руководством Евангелия против собственного самообольщения, укрощая страсти, этим уничтожая мало-помалу влияние на себя падших духов, он мало-помалу, выходит из состояния прелести в область истины и свободы [15], полнота которых доставляется осенением Божественной благодати. Неверный учению Христову, последующий своей воле и разуму, подчиняется врагу, и из состояния самообольщения переходит к состоянию бесовской прелести, теряет остаток своей свободы, вступает в полное подчинение диаволу. Состояние людей в бесовской прелести бывает очень разнообразно, соответствуя той страсти, которою человек обольщен и порабощен, соответствуя той степени, в которой человек порабощен страсти. Но все, впавшие в бесовскую прелесть, то есть, чрез развитие собственного самообольщения вступившие в общение с диаволом и в порабощение ему, находятся в прелести, суть храмы и орудия бесов, жертвы вечной смерти, жизни в темницах ада."
Остальное см.: http://russzastava.narod.ru/txt01.htmlКомментарий
Комментарий