Твитнуть
ВОПРОС, ОТ КОТОРОГО НИГДЕ НЕ СПРЯТАТЬСЯ
"Любишь ли ты Меня?" (Иоанна 21:17)
Петр теперь уже не бросается громкими словами (ср. Мф. 26:33-35). Наше естество, наше "я" любит громкие заявления и заверения, но истинная любовь познается в том, насколько больно нам становится, когда Иисус Христос нам задает это вопрос. Петр любил Иисуса, как любой нормальный человек любит другого хорошего человека. Это любовь на уровне чувств. У кого-то она может быть достаточно глубокой, но самого сокровенного в человеке все равно не затронет. Истинная любовь никогда не делает громких заявлений. Иисус сказал: "Кто исповедает Меня пред человеками", т. е. исповедает свою любовь не просто на словах, а во всех делах своих. Если нам не становится до такой степени больно, что мы отказываемся от всякого самообмана, -- значит, Слово Божье еще нас не взяло за живое. От Слова Божьего становится больнее, чем от любого греха, потому что грех, наоборот, притупляет боль. А вопрос из уст Господа боль только усиливает, пока эта боль не становится самой острой болью, которую только можно себе представить. Становится больно не просто телу, а всему, что есть ты. Слово Господа проникает даже до разделения души и духа, от этого слова никакому обману просто негде укрыться. И на вопрос Господа невозможно ответить сентиментальными общими фразами: невозможно говорить красивые слова, когда Господь обращается к тебе лично, слишком уж невыносима боль. Больно настолько, что все остальное просто исчезает на фоне этой боли. Не нужно строить иллюзий насчет того, что дитя Божье может избежать боли от Слова Божьего, но смысл этой боли в великом миге откровения.
"Любишь ли ты Меня?" (Иоанна 21:17)
Петр теперь уже не бросается громкими словами (ср. Мф. 26:33-35). Наше естество, наше "я" любит громкие заявления и заверения, но истинная любовь познается в том, насколько больно нам становится, когда Иисус Христос нам задает это вопрос. Петр любил Иисуса, как любой нормальный человек любит другого хорошего человека. Это любовь на уровне чувств. У кого-то она может быть достаточно глубокой, но самого сокровенного в человеке все равно не затронет. Истинная любовь никогда не делает громких заявлений. Иисус сказал: "Кто исповедает Меня пред человеками", т. е. исповедает свою любовь не просто на словах, а во всех делах своих. Если нам не становится до такой степени больно, что мы отказываемся от всякого самообмана, -- значит, Слово Божье еще нас не взяло за живое. От Слова Божьего становится больнее, чем от любого греха, потому что грех, наоборот, притупляет боль. А вопрос из уст Господа боль только усиливает, пока эта боль не становится самой острой болью, которую только можно себе представить. Становится больно не просто телу, а всему, что есть ты. Слово Господа проникает даже до разделения души и духа, от этого слова никакому обману просто негде укрыться. И на вопрос Господа невозможно ответить сентиментальными общими фразами: невозможно говорить красивые слова, когда Господь обращается к тебе лично, слишком уж невыносима боль. Больно настолько, что все остальное просто исчезает на фоне этой боли. Не нужно строить иллюзий насчет того, что дитя Божье может избежать боли от Слова Божьего, но смысл этой боли в великом миге откровения.
Цитата из Библии:
...но под "таким углом" я еще не смотрел на эти стихи... а ведь действительно если слово Божье острее всякого меча и проникает до разделения души и духа, составов и мозгов это должно быть очень больно?
Единственное от чего хочется избавиться в такой момент - это от собственной греховности, которая этой любовью отвещается. Становишься как бы нагим от этого света, открытым для него. Свет этой любви как мечь, проникает во всего тебя и никуда невозможно укрыть свою ограниченность, полученную человеком с момента грехопадения первых людей. Твои мысли не наполнены ничем, кроме видения этого света и... желания быть в нем всегда. Единственно, от чего становится немного тяжело - это понимание своей ничтожности по сравнению с этим светом и ощущение своей недостойности быть в нем.
а TanjaKuz
Комментарий