Твитнуть
Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар:
не от дел, чтобы никто не хвалился.
Еф.2:8-9
Есть в человеке что-то странное: чем проще Бог говорит, тем труднее нам поверить.Мы подозрительно относимся к благодати, если в ней нет ни священных жестов, ни благоговейной торжественности.
Мы хотим, чтобы всё выглядело… серьёзно. Чтобы кто-то звенел кадилом, чтобы звучала особая музыка, чтобы вокруг кружились «танцы с бубном».
Тогда, кажется, дело действительно святое.
Но вот Нееман. Великий военачальник, уважаемый всеми, привыкший, что даже его шаг вызывает трепет.
Он приходит к пророку — а тот даже не выходит навстречу! Просто посылает слугу:
«Пойди, омойся семь раз в Иордане».
Вот и всё.
Без рук, возложенных на голову. Без громогласных заклинаний. Без небесных молний.
Просто — грязная река и послушание.
Это звучало, мягко говоря, несолидно.
«Разве нет рек получше?» — возмутился Нееман.
Он ожидал, что Бог проявит Себя эффектно, достойно его положения.
Но Бог, похоже, не нанимает режиссёров для постановок чудес.
Тут вспоминается другая сцена — на горе Кармил, где пророки Ваала целый день плясали вокруг своего жертвенника, громко взывали, кололи себя ножами, устраивали бурю эмоций и бубнов. Они думали, что чем громче и пышнее будет их ритуал, тем скорее небо услышит.
А Илия просто встал, помолился спокойно — и огонь сошёл.
Без шоу. Без театра.
Бог не впечатляется шумом. Он откликается на веру.
То же самое произошло с Нееманом: чудо случилось не там, где били в барабаны, а там, где человек решился покориться.
В мутной воде Иордана его гордость растворилась быстрее, чем проказа.
И когда он вышел, тело стало чистым — но, главное, сердце стало мягким.
Видите, Бог всегда действует одинаково.
Он отвергает «танцы Ваала» — всю ту суету религиозных эмоций и сложных ритуалов, которые питают нашу гордыню.
Он предлагает то, что кажется обидно простым: поверить, довериться, окунуться.
Мы же хотим, чтобы спасение выглядело как подвиг, а не как послушание.
Но благодать — не награда за представление.
Она приходит туда, где человек смиряет себя, перестаёт играть роль и просто делает то, что велено.
Так было с Нееманом. Так бывает с каждым, кто входит в свои воды крещения.
Они всё те же: ничем не примечательные, порой даже «грязноватые» в глазах мира.
Но именно там, в этой странной простоте, происходит очищение, недоступное даже самым «священным танцам».
Бог не нуждается в наших спектаклях.
Он говорит тихо, как говорил Елисеем, как молился Илия:
«Сделай то, что Я сказал. Поверь. И увидишь чудо».
И потому путь спасения не похож на процессия с бубнами,
а скорее — на тихий шаг вниз в прохладную воду,
где гордыня тонет,
а душа рождается вновь.
Послесловие: скандал простоты
Иногда кажется, что Бог специально сделал путь к Себе простым — до соблазна.
Не потому, что Ему всё равно, а потому что Он знает, что главная наша беда — не в невежестве, а в гордости.
Если бы спасение можно было заслужить трудом, умом или подвигом, мы бы превратили небеса в клуб отличников.
Каждый бы гордо показывал свой «билет» и рассказывал, как он его добыл.
Но Бог разрушает эту систему заслуг.
Он говорит: «Приди. Просто прими».
И именно этим ставит нас в тупик.
Потому что принять — труднее, чем добиться.
Принять — значит признать, что ты не можешь без Него.
Бог спасает не только от греха, но и от тщеславия, которое хочет быть спасителем самого себя.
Он убирает из рук бубен, меч, кадило — всё, чем мы пытались произвести впечатление на небо.
И оставляет только одно: смирённое сердце и доверие Его слову.
Так вода Иордана остаётся символом вечного парадокса:
чтобы очиститься, нужно не взлететь, а опуститься.
И чем меньше в тебе желания танцевать перед Богом,
тем ближе ты к тому, чтобы просто быть с Ним.
, думая что этими "танцами с бубном" защитят их от дронов. И это в 21 веке, дикое невежество в духовных вопросах. 
Комментарий