Божий окрик, веди мою жизнь как черту,
загибай ее круче к Востоку.
Волны рушат корабль, вопль стоит на борту,
как Твое милосердье жестоко...
Разрывает пророчество рот, как персты.
Дай сломить Твоей милости посох!
Убегу я в Таршиш глухоты, немоты,
там запрячу Твой жемчуг в отбросах.
Не судьба мне родимое поле пахать
до прохлады вечерней молитвы.
Как неистовый дервиш я должен скакать,
очищая жестоких для битвы.
Хорошо Тебе пестовать буйный народ,
ставить в праведность глупость жестоким...
Разорви же перстами мой спаянный рот.
Я иду. Я уже на Востоке.
загибай ее круче к Востоку.
Волны рушат корабль, вопль стоит на борту,
как Твое милосердье жестоко...
Разрывает пророчество рот, как персты.
Дай сломить Твоей милости посох!
Убегу я в Таршиш глухоты, немоты,
там запрячу Твой жемчуг в отбросах.
Не судьба мне родимое поле пахать
до прохлады вечерней молитвы.
Как неистовый дервиш я должен скакать,
очищая жестоких для битвы.
Хорошо Тебе пестовать буйный народ,
ставить в праведность глупость жестоким...
Разорви же перстами мой спаянный рот.
Я иду. Я уже на Востоке.
