Мы стая раненых,
нам в каждой ране память
и не для нас
отчаянье,
ведь нам исчезнуть некуда.
Весь воздух их.
Они на крылья опираются,
а мы на раны.
Нам опора
от умершего Бога пустота.
Наш мир погиб,
но где-то
Господь творит другой.
Там, может быть, мы встретимся.
Тогда не отвернись.
нам в каждой ране память
и не для нас
отчаянье,
ведь нам исчезнуть некуда.
Весь воздух их.
Они на крылья опираются,
а мы на раны.
Нам опора
от умершего Бога пустота.
Наш мир погиб,
но где-то
Господь творит другой.
Там, может быть, мы встретимся.
Тогда не отвернись.
