КРЕЩЕНИЕ.

Как-то однажды уКоли Тимачёва гостила его тётя, сестра его матери. Когда мы играли, онаподозвала меня и начала говорить мне строго, что я не крещённый, что это плохо,что мне надо сказать об этом папе и маме. Похоже, что её суровый вид и внушительноенаставление так на меня так подействовали, что я, придя домой, тут же изложил дедушкеи бабушке всё, что мне говорили.
Меня крестили вдругой станице. У себя побоялись. Тётя повезла меня в станицу к нашимродственникам. Впервые я услышал имя «Ной». Таким именем меня окрестили,посчитав, что для моего имени «Ноэль» будет соответствовать «Ной» - имя последнегодопотопного патриарха.
Какое-то времякрестик лежал на дне графина в серванте и я мог только разглядывать его сквозьстекло. Насколько помню, на голубом фоне распятие было в виде белого барельефа.Я помню запах ладана. Возможно побоялись давать мне на руки, думая, что япотеряю.
Это всё, что я помню.
Крестик уже давнонезаметно исчез, а тот графин у мня и поныне.