Твитнуть
«Нам не дано предугадать,
Как наше слово отзовется»
Тютчев Ф.И.
Открывая с молитвой Библию, знаете ли вы, что перед вами перевод Оригинала, сотворенного Всевышним еще до «начала времен» и дарованного человечеству через сынов Израиля у горы Синай? (Исх.20). Этот Оригинал носит название Тора Учение. В более узком значении Торой называют Хумаш - Пятикнижье Моисеево. Изначально Тора была дана, как письменный текст - Тора письменная, и устное разъяснение Тора устная. Как сказано: «И вот законы, которые ты разъяснишь им» (Исх. 21:1). Тора устная передавалась из поколения в поколение, пока не была записана частично во II-V вв. под названием Талмуд Изучение. Долгое время тексты Торы были доступны лишь евреям. Но в III в. до р.х. произошла история столь чудесная, что, несмотря на признанную достоверность, ученые называют ее легендой.
К тому времени империя Александра Македонского распалась. Частью ее, в том числе Иудеей, владел бывший его соратник Птоломей II Филадельф. В столице его владений Александрии находилась знаменитая библиотека. И Птоломей решает пополнить свою интеллектуальную сокровищницу переводом священной Книги евреев Торы. По его приказу 72 еврейских мудреца были собраны в Александрии, каждый в отдельном помещении. А дальше произошло «обыкновенное чудо». Несмотря на всю многозначность слов Торы, все переводы совпали! Так родилась Септуагинта, перевод ставший основой библейского канона. По поводу такого чуда впору праздник устраивать! А что же евреи? Уже в первую годовщину перевода десятого тевета (декабрь-январь) евреи ввели пост по поводу этой «траурной» даты. Странно? Причина проста теперь после появления Септуагинты, любой умеющий читать, может заявить: «Знаем, читали эту вашу хваленую Тору. Ничего особенного». Кажущаяся понятность перевода Торы вызвана узостью и однобокостью передачи Учения.
Даже лучший из переводов всего лишь моментальный снимок с живого, бесконечно глубокого оригинала, его односторонний комментарий.
Сегодня Тора переведена на 1900 языков и число переводов растет. Но тема нашей беседы не анализ качества переводов и их особенности. Я хочу только показать, как выбор того или иного перевода одного стиха или даже отдельного слова может повлиять на формирование жизненной позиции человека и на мораль целого общества. Уверен, что человек, никогда даже не державший в руках Библию, знает историю создания первой женщины. И, скорее всего, нет такого перевода, где бы этот эпизод не звучал так однозначно: «И навел Бог Всесильный сон на человека, и когда уснул он, взял Он одно из ребер его и закрыл плотью место его. И переустроил Бог Всесильный ребро, которое он взял у человека, в жену, и привел ее к человеку» (Быт. 2:21,22).
Что это? Претензия Творца на роль первого хирурга и анестезиолога? И как это согласуется со сказанным: «И сотворил Всесильный человека по образу Своему, по образу Всесильного сотворил его, мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1:27). И еще: «Мужчину и женщину сотворил их, и благословил их и нарек им имя «человек в день сотворения их» (Быт. 5:2). Дело в том, что появляющееся в Оригинале слова цела означает как ребро, так и сторону! Соединяя слово цела, как сторона, со стихом Быт. 1:27, мы понимаем, что первый человек был сотворен двуединой личностью с мужским и женским началом. Последующее разделение человека на две личности, имеющих каждая свое предназначение это замысел Творца по формированию совершенного человека в браке. Двояким значением слова цела Творец указывает на два возможных принципа взаимоотношений мужа и жены: принцип подчиненности и принцип партнерства. Всевышний творит женщину, как помощника и духовную опору мужа. Семейная жизнь Аврагама, Ицхака и Яакова яркий пример совершенного партнерства мужа и жены в их служении Всевышнему. Но в критической ситуации: «сказал Всесильный Аврагаму: все, что Сара тебе скажет, слушайся голоса ее» (Быт. 21:12). Оборот «Слушайся голоса!» указывает на духовное совершенство женщины.
Таких семейных отношений языческий мир не знал, хотя и не был миром дикости и невежества. Это был достаточно цивилизованный мир, но не в отношении института брака. Найденные при раскопках шумерских городов брачные контракты XXIV века до р.х. все, как один, оговаривали суммы, за которые муж приобретал столь необходимый в хозяйстве агрегат жену. Ее можно было убить, как скот, и украсть, как вещь. Но вот что удивительно. Наставляя в благочестии семейной жизни бывших язычников в Коринфе и Эфесе, поучая Тимофея, Апостол Павел основывает свое учение о семье на принципе подчиненности: «А учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева» (1Тим. 2:12;13). Неужели Павел, он же раввин Шауль, ученик Раббана Гамлиэля-га-Закена (Гамалиила старшего) не знал второго значения слова цела (грань, сторона), на котором Патриархи строили свои партнерские супружеские отношения? Знал, конечно. Но чтобы вчерашние язычники поняли, что брак это не «узаконенное беззаконие», а Божий порядок, надо было начинать с разделения обязанностей. Но, определяя роль мужа в семье словами «глава», «властвовать» и т.д., Павел имел в виду их библейский смысл ответственность. К сожалению, этого многие не поняли до сих пор. Но прошли столетия. Христианство, рожденное из среды Израиля, стало государственной религией языческого Рима. Но языческий мир принял не Тору, а Септуагинту. Оригиналы Евангелий и Посланий, написанные, в основном, на иврите и арамейском языке, были утеряны. Сохранились лишь греческие и латинские (языческие) переводы. Думал ли Иешуа, «разрушивший стоящую посреди преграду» (Эфес. 2:14) между евреями и язычниками, что через триста лет стараниями обоих будут возведены две новых? Дикая маслина не привилась. Был утрачен тот глубокий духовный смысл, который вкладывал раввин Шауль (Павел) в свое учение о семье, преподанное язычникам. Но остались слова: «жена да убоится мужа своего» (Эфес. 5:33), «Не мужчина от жены, но жена от мужа; И не муж создан для жены, а жена для мужа» (1-е Кор. 11:8;9). В IV веке пал Рим. Волны варварства захлестнули Европу
Как наше слово отзовется»
Тютчев Ф.И.
Открывая с молитвой Библию, знаете ли вы, что перед вами перевод Оригинала, сотворенного Всевышним еще до «начала времен» и дарованного человечеству через сынов Израиля у горы Синай? (Исх.20). Этот Оригинал носит название Тора Учение. В более узком значении Торой называют Хумаш - Пятикнижье Моисеево. Изначально Тора была дана, как письменный текст - Тора письменная, и устное разъяснение Тора устная. Как сказано: «И вот законы, которые ты разъяснишь им» (Исх. 21:1). Тора устная передавалась из поколения в поколение, пока не была записана частично во II-V вв. под названием Талмуд Изучение. Долгое время тексты Торы были доступны лишь евреям. Но в III в. до р.х. произошла история столь чудесная, что, несмотря на признанную достоверность, ученые называют ее легендой.
К тому времени империя Александра Македонского распалась. Частью ее, в том числе Иудеей, владел бывший его соратник Птоломей II Филадельф. В столице его владений Александрии находилась знаменитая библиотека. И Птоломей решает пополнить свою интеллектуальную сокровищницу переводом священной Книги евреев Торы. По его приказу 72 еврейских мудреца были собраны в Александрии, каждый в отдельном помещении. А дальше произошло «обыкновенное чудо». Несмотря на всю многозначность слов Торы, все переводы совпали! Так родилась Септуагинта, перевод ставший основой библейского канона. По поводу такого чуда впору праздник устраивать! А что же евреи? Уже в первую годовщину перевода десятого тевета (декабрь-январь) евреи ввели пост по поводу этой «траурной» даты. Странно? Причина проста теперь после появления Септуагинты, любой умеющий читать, может заявить: «Знаем, читали эту вашу хваленую Тору. Ничего особенного». Кажущаяся понятность перевода Торы вызвана узостью и однобокостью передачи Учения.
Даже лучший из переводов всего лишь моментальный снимок с живого, бесконечно глубокого оригинала, его односторонний комментарий.
Сегодня Тора переведена на 1900 языков и число переводов растет. Но тема нашей беседы не анализ качества переводов и их особенности. Я хочу только показать, как выбор того или иного перевода одного стиха или даже отдельного слова может повлиять на формирование жизненной позиции человека и на мораль целого общества. Уверен, что человек, никогда даже не державший в руках Библию, знает историю создания первой женщины. И, скорее всего, нет такого перевода, где бы этот эпизод не звучал так однозначно: «И навел Бог Всесильный сон на человека, и когда уснул он, взял Он одно из ребер его и закрыл плотью место его. И переустроил Бог Всесильный ребро, которое он взял у человека, в жену, и привел ее к человеку» (Быт. 2:21,22).
Что это? Претензия Творца на роль первого хирурга и анестезиолога? И как это согласуется со сказанным: «И сотворил Всесильный человека по образу Своему, по образу Всесильного сотворил его, мужчину и женщину сотворил их» (Быт. 1:27). И еще: «Мужчину и женщину сотворил их, и благословил их и нарек им имя «человек в день сотворения их» (Быт. 5:2). Дело в том, что появляющееся в Оригинале слова цела означает как ребро, так и сторону! Соединяя слово цела, как сторона, со стихом Быт. 1:27, мы понимаем, что первый человек был сотворен двуединой личностью с мужским и женским началом. Последующее разделение человека на две личности, имеющих каждая свое предназначение это замысел Творца по формированию совершенного человека в браке. Двояким значением слова цела Творец указывает на два возможных принципа взаимоотношений мужа и жены: принцип подчиненности и принцип партнерства. Всевышний творит женщину, как помощника и духовную опору мужа. Семейная жизнь Аврагама, Ицхака и Яакова яркий пример совершенного партнерства мужа и жены в их служении Всевышнему. Но в критической ситуации: «сказал Всесильный Аврагаму: все, что Сара тебе скажет, слушайся голоса ее» (Быт. 21:12). Оборот «Слушайся голоса!» указывает на духовное совершенство женщины.
Таких семейных отношений языческий мир не знал, хотя и не был миром дикости и невежества. Это был достаточно цивилизованный мир, но не в отношении института брака. Найденные при раскопках шумерских городов брачные контракты XXIV века до р.х. все, как один, оговаривали суммы, за которые муж приобретал столь необходимый в хозяйстве агрегат жену. Ее можно было убить, как скот, и украсть, как вещь. Но вот что удивительно. Наставляя в благочестии семейной жизни бывших язычников в Коринфе и Эфесе, поучая Тимофея, Апостол Павел основывает свое учение о семье на принципе подчиненности: «А учить жене не позволяю, ни властвовать над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева» (1Тим. 2:12;13). Неужели Павел, он же раввин Шауль, ученик Раббана Гамлиэля-га-Закена (Гамалиила старшего) не знал второго значения слова цела (грань, сторона), на котором Патриархи строили свои партнерские супружеские отношения? Знал, конечно. Но чтобы вчерашние язычники поняли, что брак это не «узаконенное беззаконие», а Божий порядок, надо было начинать с разделения обязанностей. Но, определяя роль мужа в семье словами «глава», «властвовать» и т.д., Павел имел в виду их библейский смысл ответственность. К сожалению, этого многие не поняли до сих пор. Но прошли столетия. Христианство, рожденное из среды Израиля, стало государственной религией языческого Рима. Но языческий мир принял не Тору, а Септуагинту. Оригиналы Евангелий и Посланий, написанные, в основном, на иврите и арамейском языке, были утеряны. Сохранились лишь греческие и латинские (языческие) переводы. Думал ли Иешуа, «разрушивший стоящую посреди преграду» (Эфес. 2:14) между евреями и язычниками, что через триста лет стараниями обоих будут возведены две новых? Дикая маслина не привилась. Был утрачен тот глубокий духовный смысл, который вкладывал раввин Шауль (Павел) в свое учение о семье, преподанное язычникам. Но остались слова: «жена да убоится мужа своего» (Эфес. 5:33), «Не мужчина от жены, но жена от мужа; И не муж создан для жены, а жена для мужа» (1-е Кор. 11:8;9). В IV веке пал Рим. Волны варварства захлестнули Европу