Я говорила с ним незадолго до его смерти. 4 апреля. Говорила - ну как, я - да, говорила. Он - печатал. У него осколки легких оставались. Я все это знала. Но надеялась на чудо. Видимо, сердце не справилось с нагрузкой. Он же на кислородном аппарате был последнее время.
Как мне его не хватает, ты бы знал. Вот ведь. И не виделись в реале даже. Голос мой только он слышал, я его - нет. А вот так, реву второй день. Успокоиться не могу. Что то отвлечет, вроде переключусь. Вспомню... и опять.
Как мне его не хватает, ты бы знал. Вот ведь. И не виделись в реале даже. Голос мой только он слышал, я его - нет. А вот так, реву второй день. Успокоиться не могу. Что то отвлечет, вроде переключусь. Вспомню... и опять.
