Тихая моя родина, Я ничего не забыл. ЛихорадкаДень клонится к вечеру. Спала удушающая жара. Тихо. Косые лучиуже не обжигают, а ласкают моё лицо. Сижу на пороге сарая. Отсюда с высотывидно как речка, обрамлённая высокими камышами, изгибаясь, широкой сверкающей лентой,сужаясь, уходит вдаль и теряется за поворотом. Спуститься бысейчас вниз, откуда доносятся детские голоса, плеск и утиное кахканье . Но меняохватывает дрёма, и мне лень встать. Потелу проходит дрожь. Знобит всё больше и больше. Закрываю глаза откуда-тосверху лавиной на меня катятся пышущие жаром огненные камни. Они катятся икатятся КОЛДУН. « Вдруг лицо его изменилось, нос вытянулся и стал зелёным,глаза засверкали синим блеском и на спине вырос горб» Я слушаю, затаив дыхание, и представляюколдуна, а мама читает дальше из Гоголя; и передо мной вырастают «во всейкрасе» восставшие из гробов мертвецы, - один страшнее другого «Ну, теперь спи» -мама уходит. Я остаюсь один на один с книгой. В комнате ещё видно,и я без труда отыскиваю глазами зелёный корешок книги среди стопки других наэтажерке напротив. Мне кажется, чтостоит закрыть глаза, и колдун тут же вылезет - он только и ждёт этого. Неспускаю глаз с книги, но смотреть неотрывно становится всё труднее. Векисмыкаются сами собой. Они всё тяжелеют и, наконец, слипаются. Я боюсь, что несмогу разомкнуть глаз. Делаю отчаянноеусилие и, наконец, приподнимаю веки. В сумерках вижу - книга зашевелилась Входитмама: «Ты ещё не спишь?»