Самая энергичная часть пятидесятничества, харизматизм, стремительно развивается и на Западе, и в России. Довольно часто он встречает резкую критику со стороны антикультового движения, вообще отказывающего харизматизму в праве называться христианством и относящего его к «тоталитарным сектам». Цель этой статьи рассмотреть особенности «обновленного» пятидесятничества и проверить адекватность антикультистской критики по харизматическим первоисточникам, как устным, так и письменным (книги и интервью).

Кроме того, мы хотели бы сверить конфессиональную «сектоведческую» критику с выводами светского религиоведения. В качестве антикультистких источников будут использованы «Сектоведение» А.Дворкина и материалы конференции «Неопятидесятнические секты в России: угроза религиозного экстремизма".
Сначала нужно сказать несколько слов о пятидесятничестве в целом.
Пятидесятничество это позднепротестантское, или евангелическое движение, зародившееся в США на основе методистского «движения святости». Названа эта протестантская конфессия в честь праздника Пятидесятницы, когда, согласно Деяниям, Дух Святой излился на учеников Христа в Иерусалиме.
В истории пятидесятничества были три «волны». Первая это классические пятидесятники. Вторая это представители традиционных деноминаций (включая католиков и православных), практикующих глоссолалию (говорение на языках) и крещение Святым Духом в пятидесятнической трактовке. Западные исследователи называют их харизматами (Charismatics). Формально они не входят в пятидесятнические деноминации, а остаются в своей конфессии на положении особой группы. Третья «волна» это харизматы, вышедшие из своих конфессий, и ряд местных общин (в основном в Африке, Азии и Латинской Америке), создавшие свои деноминации т.н. «неохаризматы» (Neocharismatics). Один из синонимов этого термина «неопятидесятники», но общепринятым он не считается.
Наконец, особо следует выделить «движение веры» (word of faith), возникшее внутри третьей «волны» в конце 70-х годов, с одной стороны, под влиянием философии т.н. «нового мышления», а с другой лидера служения исцеления О. Робертса, а также А. Аллана. Ссылаясь на Мк 11:23 «имейте веру Божию, ибо истинно говорю вам, если кто скажет горе сей: поднимись и ввергнись в море, и не усомнится в сердце своем, но поверит, что сбудется по словам его, будет ему, что ни скажет», один из лидеров «движения веры» К. Хейгин учит об исключительном значении устного слова (исповедования) верующего. Как пишет исследователь А. Андерсон, такая же идея была у популярного пятидесятнического проповедника 20-х годов С. Уигглсворта. По мнению Хейгина, Господь действует в мире только через Церковь (Мк 16:16-18), поскольку искупление совершил Иисус, а «верить и поступать согласно нашей вере нужно нам». К. Коупленд заявляет, что Богу нужно согласовывать Свою волю с человеком. «Движение веры» часто критикуется внутри самой третьей «волны» за чрезмерный акцент на устном исповедании (что чревато магизмом) и человеческой роли (что идет вразрез с общепротестантской парадигмой).
Сразу следует отметить, что в России есть только несколько общин, которые можно отнести к собственно третьей «волне». Лидеры «обновленных» церквей выступают за модернизацию первой «волны», а не за конфронтацию с ней; поэтому их следует назвать харизматами «обновленцами» своей собственной конфессии.
Прежде всего, заметим, что заявления антикультистов о том, что во всем мире «движение веры», с которого списывается портрет в том числе и русского харизматизма, не признается христианским и что классические протестанты (лютеране, реформаты и англикане) его отвергают, это, по меньшей мере, сгущение красок. Действительно, консервативно настроенные протестанты часто жестко критикуют неохаризматизм в целом, но их позиция не выражение мнения всего, даже классического, протестантского мира. К тому же протестантизм не православие или католичество, поэтому нет органа, решения которого были бы обязательны для всех протестантов. Но если даже предположить, что такими органами являются альянсы и союзы, то хотелось бы видеть от антикультистов ссылку хотя бы на один официальный документ уровня Всемирной федерации, где неохаризматизм, в частности, «движение веры», объявляется нехристианским.
Неубедительно и заявление, что епископский сан С.Ряховского, одного из лидеров российского харизматизма, недействителен, так как нет апостольской преемственности. Этой преемственности нет и у многих классических протестантских церквей, поэтому легитимность епископов может быть с тем же успехом оспорена и у них.
А. Дворкин утверждает, что «сами пятидесятники не слишком признают их за своих и часто не принимают их в свои союзы». Действительно, традиционные пятидесятники (прежде всего, Объединенная церковь христиан веры евангельской пятидесятников (ОЦХВЕ) И. Федотова) часто с неодобрением относятся к харизматической богослужебной практике и к «теологии процветания» учению о достижении христианином богатства и здоровья. Тем не менее, сам И. Федотов заявил, что считает христианами и братьями членов Российского объединенного союза христиан веры евангельской пятидесятников (РОСХВЕ), на который чаще всего нападают антикультисты. К тому же, в отличие от зарубежных стран, где третья «волна» вообще или почти не имеет связей с «первой», в России многие харизматические лидеры, в том числе и глава РОСХВЕ С. Ряховский, вышли из союза И. Федотова и сохраняют с ним связь. Лоялен по отношению к РОСХВЕ и умеренно-консервативный Российский союз христиан веры евангельской пятидесятников (РЦХВЕ). Хотя «сектоведы» заявляют, что этот союз фактически контролируется С.Ряховским, политика РЦХВЕ отлична от РОСХВЕ. Бывший председатель союза В. Мурза считал харизматов инструментом для евангелизации России. Первый заместитель председателя РЦХВЕ П. Бак на вопрос об отношении к союзу С.Ряховского ответил: «Это прежде всего церкви, это верующие люди, жертвенные, которые лишают себя многого, чтобы помочь другим».
В антикультовой литературе можно встретить утверждение: «Часто «словожизневцев» (имеются в виду харизматы; название от харизматической ассоциации «Слово жизни») относят к пятидесятникам и говорят о них как о таковых. Но это некорректно, так как при сходстве некоторых внешних признаков богословие у них совершенно различное». Сразу следует заметить, что «Слово жизни» не может быть синонимом для всех харизматов потому, что является только одним и далеко не однозначно воспринимаемым направлением в третьей «волне». С другой стороны, «Слово жизни» и «движение веры» не тождественны друг другу.
Для того чтобы узнать, так ли несходно богословие классических пятидесятников и неохаризматов, следует рассмотреть компоненты религиозного мышления первой «волны» и соотнести их с богословием третьей. Особенности богословия будут выявлены через высказывания религиозных лидеров и описание особенностей духовной практики на разных континентах.
Итак, выделим компоненты классического пятидесятнического богословия:
Спасение только верой через жертву Иисуса Христа.
Этический ригоризм и духовная война.
Примат личных отношений с Богом, ценность личности.
Церковь как всемирное собрание верных (деноминации значения не имеют) на основе всеобщего священства, созданная для проповеди Евангелия и взаимопомощи.
Активная проповедь Евангелия в современном мире.
Неразрывная связь духовной и повседневной жизни, рационализм.
Абсолютный авторитет Писания.
Ривайвелизм.
Исключительная роль Святого Духа и акцент на духовных дарах.
Экспрессивность.
Освящение всех сфер жизни христианина.
Учение о божественном исцелении.
13. Напряженный апокалиптизм, эсхатологическая роль Израиля.
Первые восемь компонентов, можно сказать, составляют часть общепротестантского вероучения, пять последних специфически пятидесятнического. Рассмотрим их по порядку.


Вся книга во вложенном файле!
Вложения